Я люблю тебя, сестренка

В ранний час парк был пустынным, и только шелест листвы и скрип качелей нарушали тишину.
А осень уже окутала все, что возможно.
Радуют взор осенние природные пейзажи, впечатляющие яркой, сочной палитрой красок – великолепное сочетание жёлтого, красного, бордового, оранжевого, тёмно-зелёного и коричневого. Деревья в нарядном облачении из листвы жёлто-красной гаммы, яркое голубое небо, жёлтый ковёр из опавшей листы, плывущие, будто миниатюрные кораблики, по поверхности водоёма сухие, но все ещё цветные листья – очаровательная, умиротворяющая картина. Больше не мучает летний зной, но и до суровых морозов ещё далеко – а только приятная прохлада и свежесть воздуха.
Эмма любила свежий воздух, запах мокрых листьев и земли. В осенней атмосфере чувствуется таинственность, утончённость и романтика, сдобренная долей печали.
Девушка сидела на старых, ржавых качелях, в любимой красно-серой утеплённой жилетке с капюшоном и с шерстяными митенками на кистях, раскачиваясь, отталкиваясь и наступая на палую, шуршащую листву, и слушая, как на каждый толчок отзывается негромким хрустом, наблюдая, как деревья роняют увядшие золотые листья, мечтая и размышляя обо всём, ощущая внутреннюю гармонию, единство с природой.

А качели все скрипели да скрипели, напоминая ей то, как они тут сидели вместе с младшей сестрой и сочиняли сказки, смотря на фигурки облаков.
Рыжеволосая, чтобы заглушить непрошеные воспоминания, такие болезненные и врывающийся в мысли, воткнула в уши наушники и включила музыку.
Качаясь в такт музыке, тонула в нынешней осени, в ее пестрой листве, девушка пыталась расслабится. Мысли протекали в такт, не отставая, не баламутя понапрасну. К чему это? Она просто каталась.
Внезапно возле качели оказалась девочка.
Ну как Эмма могла не узнать эти порой грустные и умные не по возрасту глаза, такие искренние и большие глазки семилетней красавицы? Эти шелковые волосы цвета черного шоколада, эти мягенькие ладошки и ямочки на щеках. Девушке часто казалось, что под личиной ребенка скрывается взрослый и умный человек, которого крайне забавляет все, что происходит перед его глазами. Сестренка подошла к рыжей и привычно улыбнулась ей своей неподдельной улыбкой, что заставило Эмму перестать качаться, выключить музыку и с трепетом смотреть на самого близкого для нее человечка.
— Энни?
Вопрос с уст рыжеволосой вырвался ненароком, случайно, словно вот-вот это имя ускользнет от нее и забудется. Но малышка все ещё была перед ней, со своей этой загадочной улыбкой и румяными щечками. Девочка подошла ещё ближе к сестре, и без единого слова протянула ей маленькую и невзрачную игрушку — плюшевого мишку.
Эмма и не помнила, как у сестры появилась эта плюшевая вещица, но кажется, Энн никогда не разлучалась со своим игрушечным другом. Его девочка назвала Носик. Весьма странное имя, но оно такое неспроста, ведь у медвежонка был розовый носик-бусинка, который делал его забавнее. Милый, пушистый, мягкий и такой родной.
Но он сгорел при пожаре, вместе с Энни и их бабушкой Ребеккой, домом, и прежней счастливой жизнью.
К сожалению, рыжая никогда не сможет вычеркнуть этот день из памяти.
До дня рождения Эммы оставалось три дня, но она никак не могла терпеть дольше и буквально умоляла родителей поехать с ней в магазин «Карамелька» и заранее купить браслет, который меняет цвет в зависимости от настроения человека, носившего его. Тогда это было редкостью, особенно в их маленьком городке, а девушке так хотелось чего-то уникального, и наконец, она сможет привлечь к себе внимание в школе, пусть и таким не шибко красивым способом. Быть новенькой — сложно, а быть новенькой и стеснительной — сложнее вдвойне. Рыжевласая могла быть надоедливой и сумела таки достать родителей, уговорить их купить украшение для нее до наступления дня рождения.
Родители малышку Энни оставили с бабушкой, а сами поехали покупать заветный подарок старшей дочери.
Возвращаясь назад на семейном стареньком автомобиле и слушая в пол уха лепет родителей, рыжая испытывала огромную радость, которая заставляла ее вдруг поднять голову к небесам и улыбнутся самой себе.
Но после прибытия домой радость вмиг стерлась, не оставив и следа.
В памяти все идет обрывками: крики, горящий дом, окутанный едким туманом, и неверие в происходящее. Это нереально. Так не бывает. Такое не должно происходить с их семьей, они не заслужили такого.
Спасти ничего не удалось, в том числе и часть души Эммы.
— Энни?
Девушка переводит взгляд от игрушки на то место, где ещё миг назад стояла ее сестренка, но той и след простыл. Может, ее и не было? Но мягкий плюш в руках рыжей доказывал обратное.
Малышка, ты — чистота моего сердца. Ты – основа моего понимания любви. Когда я думаю, как может выглядеть ангел, твой образ – единственное, что приходит в мои мысли. Ты приносила мне радость блаженства, и когда ты брала меня за руку, улыбалась и пела свои песенки на выдуманном тобой языке, и то, как ты всё это делала – не что иное, как волшебство. Ты – моё сердце в человеческом обличье. Друг, которого я никогда не смогу никем заменить. В нас течет родная кровь, и мы всегда будем вместе. Всегда.
Я люблю тебя, сестренка.
Эта запись опубликована в Необъяснимое и отмечена , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.