Ритуальный Дом. Глава первая. Близнецы

Колеса старого поезда взвизгнули металлом, и я почувствовал, как он тронулся с места. В купе было пусто, лишь только я и мое барахло из которого большую часть составляли книги о ритуалах. За всю свою жизнь я прочитал множество рассказов о разных ритуалов о жертвоприношении и о простых, можно сказать, домашних проделок родителей, чтобы развеселить детей. Конечно, последние у меня вызывали улыбку. Заботливый папа наряжается кем-то на день рождения шестилетней дочурки и прыгает, танцует, дабы вызвать у нее смех. Такие поступки я одобрял, но в памяти они у меня сильно не отмечались. Другое же дело, какой-то культ разделывал овцу на ритуальном алтаре. Эти я старался запомнить. Нет, не из-за того что я жаждал крови или убийство, мне было интересно для чего это все. Некоторые говорили, что это для хорошего урожая, многие тем самым отгоняли злых духов, но были и такие кто призывал злую силу. Я не был демонологом или оккультистом, я просто любил коллекционировать эти рассказы.

Но сегодня я ехал не за рассказами или ритуалами. Сегодня скончалась моя бабушка, которая жила в деревне. Она жила одна в домике на краю деревни. Дед погиб еще до моего рождения, а родители переехали в город, как только поженились. Мы почти каждое лето ездили к ней гостить, когда я был маленький. И иногда меня оставляли там, на месяц, а то и два пожить с бабушкой. Насколько я помню, друзей у меня там не было. Тамошняя молодежь уезжала почти сразу, как достигала совершеннолетия и в деревне оставались только старики. Да и то их было от силы сорок человек, а деревушка была не маленькая. Больше половины домов пустовали, и даже властям не было дело до них.

Я сидел, перелистывая страницу за страницей очередной книги про ритуалы, как вдруг распахнулась дверь купе. В проеме стоял рослый седовласый мужчина с большой сумкой на плече. Он поздоровался и занял койку напротив меня. По внешнему виду мне показалось, что он лесник. Комбинезон цвета хаки, высокие резиновые сапоги и куртка такого же цвета. После того как он расположился, обратился ко мне.
— Далека направляетесь?
— В Екатериновку.
— А, родителей навестить?
— Да нет, бабушка умерла, вот надо, все дела решить по поводу дома.
— Вашу бабушку не Агафья Антипова ли звали?
— Да, именно так. Вы были с ней знакомы?
— Был. Хорошая женщина была! Всех выручала, кто бы ни попал в беду.
— Это верно. Мне родители тоже про это говорили. Бывало, даже в ущерб себе.
— Жалко ее. Но ведь старость, никого не щадит.
— А вас как зовут?
— Михаил.
— Сергей, приятно познакомится.
— И мне. Ну что ж, Сергей, думаю можно нам выпить чаю? — Он достал из сумки стакан.
— Не откажусь. — Улыбнувшись, ответил я.

Поездка представлялась недолгой, около трех часов. Все это время я провел за чтением книг. Мой недавний собеседник мирно сопел, устроившись на нижней полке. Последнее, что я прочитал — это описание книги «Гальдбрук». Эта книга носила в себе сорок семь ритуалов, а точнее сорок семь способов как сделать рунические жезлы, каждый из которых имел свое магическое свойство. Некоторые из них даже носили смехотворные свойства. Допустим, сорок шестое заклинание называется «Руны пукания». Дотронувшись кого либо, маг или чародей вызывал у жертвы резкий и безостановочный метеоризм, который продолжался почти весь день, а бывало и ночь. Да, не позавидуешь такому несчастью. Но были в этой книги и алчные и даже зловещие заклинания, некоторые приносили выгоду от удачной сделки, а некоторые убивали скот соперника или вовсе вызывали болезни и смерть. Правда о существовании на сегодняшний день этой книги я не слышал, может, ее спрятали какие-нибудь монахи, а может, ее и вовсе сожгли.

Поезд начал сбавлять ход и я понял, что мы приближаемся к деревушке. В окне начали редеть деревья и показались первые дома Екатериновки. В открытое окно повеял запах свежего сока березы, давно я не чувствовал этот аромат, он вернул мне то спокойствие которое я ощущал в детстве. Сама же деревня изменилась не сильно, все те же деревянные дома, те же низкие заборчики и большие огороды в шесть соток. И как я думал, были обветшалые постройки, скосившиеся к земле. Наш состав просигналил три раза и чрез несколько минут я увидел пустой перрон.
Я вышел из вагона и заметил, что вокзал был почти пуст. Один старичок дворник, две пожилые женщины заходили в поезд, и бродячая собака спала под лавочкой. Пройдя пару шагов, я почувствовал, как меня тронули за плечо. Это был Михаил, он вежливо попрощался и сказал, что я могу зайти к нему на чай когда разберусь с домом бабушки. Видимо, бабушка была у него на хорошем счету, раз он даже ко мне отнесся с симпатией.

Проходя по улочкам, я то и дело вспоминал, как они выглядели раньше. Листья берез и вишен закрывали почти всю улицу тенью. Воздух от этой тени был очень прохладный, невзирая на то, что я чувствовал сильную жару на перроне. Помимо прохлады еще я ощущал сладковатый вкус этого воздуха, это было похоже на запах цветов вишни, но как, ни странно, ни одного цветка я не увидел. Как я и убедился ранее, дома были пустыми. Многие были облеплены вьюном и диким виноградом. От такой пышной заросли они казались очень низкими, а может просто память их возводила выше в моих детских похождениях.

Пройдя по улицам, и опьяненный их ароматом я вышел на пустырь, где вдалеке виднелся бабушкин дом. Подходя к нему, я увидел, что он был обстроен высоким, сетчатым забором. Как странно, раньше на его месте стояли деревянные колья в метр высотой. Продвигаясь ближе к дому, забор становился, все четче виден и я заметил, что на нем была красная лента, повязанная прям под верх решетки. Зачем бабушке такой забор? Может она боялась волков? Но до леса еще как минимум километр, да и я не слышал, что бы они выходили из него. Может в деревне завелись воры? Размышляя об этом, я не заметил, как дошел до входной калитки. Попытавшись ее открыть, дернув за проволоку, что держала крючок с обратной стороны двери, ничего не получилось. Дверь держал замок. Пошарив взглядом вокруг, я нашел маленькую кучку камней, из которой блестело, что-то металлическое. Мда, не самый оригинальный тайник. Я поднял ключ и вставил в замочную скважину. Два оборота и дверь была открыта.

Зайдя во двор, я первым делом заметил, что в нем была идеальная чистота. Политый палисадник у левого забора, очищенная тропинка из камня и подвязанный виноград. Такое впечатление, что бабушка нанимала людей следить за чистотой в ограде. А как еще это объяснить? Ей было семьдесят четыре года. Вряд ли она могла сама все убирать. По привычке закрыв ворота на замок, я прошел к входной двери и удивился, сама дверь была почти распахнута. Ни замков, ни других средств защиты от воров на двери не было. Почему тогда она возвела такую ограду, а дом даже на крючок не закрывается? Теперь стало ясно, что боялась она не воров.
Пройдя внутрь дома, я первым делом обошел все комнаты. Как я и ожидал, дом был пуст. На кухне вымытая посуда, в спальне засланная кровать, а в зале на большом комоде стоял закрытый полотенцем старенький телевизор. Интерьер почти не изменился. Я прошел на кухню и зажег огонь под чайником. Проголодаться сильно я не успел, поэтому решил выпить чаю, тем более, мне всегда нравился бабушкин чай, она добавляла в него мелиссу и смородину.

Расправившись с чаем и еще не засохшими пряниками, я стал звонить знакомому нотариусу. Его ответ, что он не может приехать сегодня, меня не удивил. Он хоть и работал честно и усердно, но был у него свой минус, он не любил дальние поездки, да и вообще предпочитал, что бы его возили с собой, вот только денег на второй билет у меня пока не было. Ну что ж, придется дожидаться, когда он смилуется и приедет.
Естественно, сидеть в гордом одиночестве мне не хотелось. Телевизор ловил только пару каналов, и то которые мне крайне не нравились. О такой вещи как WiFi можно было и не вспоминать. Сотовая связь работала, но вот только кому звонить? Да и был бы в этом смысл, все равно долго не поговоришь. Устроившись с наушниками на диване, я размышлял, как провести это дело с продажей дома, как вдруг я вспомнил, что меня приглашал на чай Михаил. Недолго думая, я закинул сумку с книгами в деревянный шкаф и направился к выходу. Хорошо, что он объяснил, как дойти до его дома.

Вечер окрасил поляну в ярко оранжевый цвет. Солнце еще виднелось на горизонте, но стремительно скрывалось за ним. Я вышел из ворот и закрыл их на ключ. Не став прятать его в камни, так как кроме меня никто не придет в бабушкин дом, я положил его в карман. Пройдя половину поляны, я увидел, что дома сменили цвет на светло-красный. Постепенно этот цвет переходил в алый. Я вспомнил, как бабушка рассказала одну примету. «Если закат алого цвета, то следующий день будет жарким». Я немного расстроился, так как и сегодня жара стояла ужасная, тридцать пять или сорок градусов, а что будет завтра? Сорок пять? Прогоняя эту мысль и надеясь, что завтра будет прохладнее, чем сегодня я не заметил, как дошел до первых домов.

Улицы покрылись полумраком. Деревья грузно висели над головой. И тот яркий закат, что раскрашивал дома на поляне, исчез как дымка над лесом. Что бы ни заблудится и не упасть от этой старой дороги я включил фонарик на сотовом телефоне. Толку от него было мало, но хотя бы я видел ямы на пути. Обходя ухабы и ямы, я смотрел только себе под ноги и не заметил, как уперся в чьи-то ворота. Подняв телефон и осветив фонариком калитку и двор, я немного опешил. Насколько я помнил, на месте этого дома должен был быть перекресток. Осветив все остальные дома, я увидел, что это та же улица, по которой я гулял в детстве. Но откуда здесь этот дом? Я подошел ближе и дернул за деревянную калитку. Она с легкостью открылась. Я прошел к входной двери, заперто. Почти все окна были закрыты ставнями, и лишь одно из них было открыто. Подойдя к нему, я посветил внутрь. Пыль покрывала подоконник, который уже облюбовали пауки, мебель была закрыта белыми простынями, и явно было, что в дом никто не заходил уже долгое время. Не став выяснять историю этого дома я направился к выходу.

Проходя по тем же ухабам и сквозь пустые дома, я надеялся, что просто свернул не туда, всматриваясь себе под ноги. Теперь я уже немного знал, по какой стороне дороги идти, чтобы не споткнуться или не провалится в очередную яму. Осматривая ветхие дома, я надеялся увидеть свет в окнах хотя бы одного дома, но это было тщетно. Понимая, что я почти дошел до перекрестка, который проходил десять минут назад, я посветил в его сторону. Только фонарик осветил тусклым светом дорогу, я увидел, что впереди стоит ребенок, одетый во все белое. Он посмотрел на меня и тут же побежал прочь вправо от перекрестка и меня. Крикнув «Постой», я тоже рванул к перекрестку. Добежав до пересечение дорог, я посмотрел в его сторону. Парень будто нарочно остановился и ждал меня. Я сделал шаг в его сторону, но он начал медленно уходить прочь от меня. Я сделал еще пару шагов, тот же результат. Я не понимал, толи парень боится меня, толи он пытается меня, куда-то отвести.
— Постой! Я заблудился. Можешь мне помочь? — Попытался я заговорить с ним. Но парень молча отходил от меня. Тогда я остановился и просто стоял на месте, он тоже остановился. — Послушай, я сегодня приехал в вашу деревню и еще не знаю всех улиц, ты можешь мне помочь добраться до дома дяди Миши? — Ответа не последовало. Он просто стоял и смотрел на меня.
Поняв, что ответа я от него не дождусь, я пошел медленно в его сторону. Шаг за шагом он пятился назад от меня. Я ускорил шаг и он тоже. Но вдруг за его спиной раздался громкий и пронзительный до дрожи свист. Паренек развернулся и побежал в его сторону. Оглушенный и растерянный я постоял секунду и сразу же рванул за ним. Добежав до перекрестка и повернув направо, я столкнулся с высоким седым мужчиной.
— Сергей добрый вечер! — Произнес мужчина и наклонился, подав мне руку. — Вы куда так спешите?
— Михаил?! — Я почти крикнул от удивления. — Как же я рад вас видеть! — Я встал и немного перевел дух. — А куда побежал мальчик?
— Какой мальчик? Я никого не видел.
— Ну как же? Мальчик, лет девяти бежал прочь от меня и повернул в эту сторону.
— Эмм… — Он посмотрел на меня вопросительно. — С вами все в порядке? Я тут один и никого кроме вас не видел.
— Но… — Я все еще был ошарашен. — Я ведь видел его…
— Тут по ночам многое может привидится. Пойдемте лучше домой, я чай заварил. — Он взял меня под руку и повел по улице.

Миновав пару улиц, мы дошли до его дома. На мое удивление, его дом был хорошо обустроен. Пластиковые окна, забор из металлопрофиля, двухметровые створчатые ворота с входной дверью и сам дом был покрыт цементной шубой. Пройдя через ворота, я увидел хорошо освещенный двор с двумя палисадниками по обе стороны от ворот. Розы, нарциссы и отцветшие тюльпаны красовались на этих палисадниках. Дальше я увидел навес над входной дверью, которая была металлической и отделанная темным ламинатом. Я прошел к этой двери и по приглашению хозяина зашел внутрь.
Обстановка дома сочетала в себе классику и современность. Деревянные двери, покрытые лаком, побеленные эмульсией белые стены, потолочный плинтус оранжевого цвета с незатейливым рисунком и паркет на полу частично укрытый коврами. Мебель сочетала в себе дух двадцатого и двадцать первого века. Были старенькие шкафы, и шкафчики, но присутствовали современная мебель и плазменный телевизор.

Михаил провел меня на кухню, и мы уселись за большим столом. Супруга хозяина накрыла на стол и включила электрочайник. Она выглядела немного странно. За все-то время, что мы сидели за столом, она не проронила ни слова. Единственное, что я от нее услышал, так это слово «Здравствуйте» у входной двери. Мне даже показалось, что у нее что-то случилось, взгляд был усталый и заплаканный. Она дождалась, когда вскипятится чайник, разлила по кружкам кипяток с заваркой и тихо ушла смотреть телевизор. Отхлебнув глоток, я обратился к Михаилу.
— Простите если лезу не в свое дело, но у вас что-то случилось?
— Нет, почему вы так подумали?
— У вашей жены усталый вид. – Я заметил, что мужчина немного занервничал.
— У нее просто выдался трудный день.
— Трудный день? Что-то серьезное?
— Нет, ничего такого, о чем стоило волноваться. – Он начал потирать ладони друг о друга. – Давайте оставим эту тему, она просто очень устала.
— Да. – Коротко ответил я и перевел тему. – А сколько у вас детей?
— Трое. Два мальчика и одна девочка. – Я заметил что его напряжение не утихало. – Вернее, их уже сложно назвать мальчики и девочка, они уже подростки. Старшему семнадцать, среднему пятнадцать, а младшенькой четырнадцать.
— Большие. И, наверное, как все мечтают уехать в город, когда станут совершеннолетними?
— Нет. Я им с детства привил любовь к нашей деревне и к нашему дому. Тем более город соблазняет разным развратом, алкоголь, наркотики, распутство.
— Ну, я бы так не сказал. Я вырос в городе и ничего такого не видел. Конечно, кто ищет, тот всегда найдет, но, в основном, все, как и здесь. – Я сделал небольшой акцент на своих словах.
— Простите, если обидел вас. – Он облокотился на спинку стула. – Может, вы и правы, но судя по новостям, город не лучшее место для детей.
— По новостям многое приукрашивают. – Поняв, что разговор зашел в тупик, я просто спросил. – Вы не подскажите где у вас уборная?
— Туалет у нас на улице. Пройдите по дорожке через весь огород, и в конце с лева будет туалет. Только не перепутайте, напротив, у нас вольер с собакой.
Поблагодарив хозяина за чай, я вышел из дома.

Оставив не очень приятное впечатление от разговора, я пошел по дорожке в конец огорода. Как можно судить какое-то место только из телевизионных передач? Сам там не жил, да и бывал редко, а ненависти как будто ему всю жизнь испортил этот город. И почему он нервничал? Да и супруга неприветливая, даже не сказала свое имя. Неужели это все из-за того, что я городской? Странно, все очень странно.
Размышляя об этом, я проходил меж грядок по бетонной дорожке. Огород был не менее ухоженным, по сравнению с палисадником. Парники для огурцов, подвязанные к деревянным колышкам помидоры, свекла росла ровными рядами так же как морковь. Пройдя метров пятнадцать, я увидел два строения по обе стороны дорожки.

За все короткое время, проведя в уборной, я слышал, как звенели цепи у меня за спиной. По звуку было ощущение, что там кто-то яростно рвется в мою сторону, но лая при этом не было. Я вышел из деревянного строения и встал лицом к вольеру. И снова слышен звон цепей, который усилился. Я невольно начал вглядываться сквозь решетку, но кроме темноты ничего не увидел. Мой интерес накатывался, словно волна, и я достал сотовый телефон из кармана. Включив фонарик, я посветил в сторону решетки и от увиденного меня схватил ужас и паника. За сетчатым забором стояли двое детей, одетые во все белое, закованные в цепь. Кожаные ошейники сжимали их тонкие шеи, лица были бледные будто неживые, а губы были сшиты между собой толстой нитью. Скованные на спине руки тщетно пытались вырваться из оков. Дети были близнецами, мальчик и девочка лет по девять каждому. Слезы не переставая лились из глаз. Я стоял в ступоре и не знал, что мне делать. И тут я понял, что видел мальчика у того самого перекрестка! Да, это был он! Только сейчас их одежда была частями покрыта грязью. Близнецы рвались от оков в сторону выхода и указывали глазами на него. Мгновенно выйдя из ступора, я рванул к двери и начал со всей силы рвать замок. Не вышло, амбарный замок и не думал подаваться моим усилиям.
— Что вы делаете!? – Неожиданно раздался голос Михаила сзади.
— Как что?!!! – Я повернулся к нему. – Что же вы творите?!! Бедные дети!!! – Во все горло кричал я.
— Какие дети?! – Он схватил меня за плечи и встряхнул. – Успокойтесь, здесь никого нет! – Он повернул меня в сторону вольера и осветил его. В не и вправду никого не было. – Там никого нет, видите?
— Но как же? Я точно видел двух близнецов!
— Послушайте, вы с дороги и, скорее всего, устали, а в темноте многое может привидеться. Успокойтесь. — В ответ я не мог найти слов и просто посмотрел на него вопросительно. – Уже поздно, давайте я провожу вас до дома Агафьи, а завтра мы снова встретимся? – Я охотно согласился и побрел за ним.

Эта запись опубликована в Необъяснимое и отмечена , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.