По спирали

Пятидесятые годы двадцатого века. Астраханская область. Точного года не вспомнит никто, но было это, по словам соседей Егора, приблизительно после пяти-шести лет, как закончилась война. Егор Захарович, тридцатилетний ветеран, прошедший всю войну вплоть до Берлина, возвращался в повозке домой на своей лошадке, везя домой нарубленные еще в лесу дрова.

Дома его никто не ждал. Он жил один. Почти все родственники погибли, дом был в плачевном состоянии, а кобылка от истощения еле держалась на ногах. Двоюродная сестра, приглядывающая за хозяйством, в две руки не справлялась — слишком голодное существование было, сил на все не хватало. А одной репой с огорода сыт не будешь. И когда Егор вернулся — уехала она к себе домой. Получила весточку, что муж, хоть и с ранениями, но все же живой, уже ждет её с нетерпением. Помчалась к нему что есть духу. Так что пришлось теперь Егору самому в свои две руки управляться. А росли они из нужного места.

Устроился в колхозе трактористом, в родном селе, работал до седьмого пота, а вечером огородом и домом занимался. Кобылка от ухода и обилия сена окрепла и набрала в весе. Превосходная помощница лоснилась от здоровья. Вскоре хозяин развел еще и сад. Через несколько лет результат превзошел ожидания: в огороде и овощи отборные, и фрукты загляденье. Всё свое, с любовью выращенное. Часть съедал сам, часть раздавал соседям, часть на рынке продавал по небывало низкой цене. Разумеется, отбоя от даже от непостоянных покупателей не было. Дом так же глаз радовал своей ухоженностью. Фасад и ворота были отшлифованы и покрыты морилкой с лаком, и кто бы когда не зашел внутрь — всегда поражался чистоте и порядку. В общем, чувствовалась хозяйская рука мастера.

Возможно, читатель задаст вопрос: как так случилось, что при такой нехватке мужчин в послевоенный период Егор все еще не нашел подругу жизни и не женился? Ведь нарасхват тогда мужики были, бабы за них «бились». Ответ будет далее в рассказе.

Итак, вез Егор дрова из леса. По дороге до дома ему встретились несколько цыганских кибиток. И из последней несколько раз выглядывала молодая цыганочка лет двадцати. Красавица такая, что просто взгляд не отвести. Чернявая, смуглая, глаза как спелые вишни. На щеках румянец настоящий, а не искусственный. Словом, кровь с молоком. Улыбается еще так кокетливо, проказница! Тот на нее уставился, как громом пораженный, а она:
— Ну что же ты смотришь-то? Позолоти ручку!
— А чем же золотить? Не дровами ведь. Я с собой в лес деньги не вожу.
Та сразу посерьезнела, улыбка спала с лица, глаза потемнели.
— У тебя есть нечто Подороже, чем деньги. Деньги враз расходятся, как пепел на ветру. Ну-ка, расстегни ворот!

Егор похолодел. Как она увидела через плотную холщовую рубашку? Но, как под гипнозом, все-таки расстегнул три верхние пуговицы. На груди его красовался увесистый золотой медальон с тремя большими драгоценными камнями на толстой золотой цепочке.
— Зачем он тебе? — спросила цыганка. — У тебя и так достаток в доме и на огороде. А мне сына кормить нечем.
— Что-то непохоже, чтобы вы бедствовали. Один конь чего стоит! А у вас их сколько?
— А ты думаешь, нам кони без надобности? — злобно огрызнулась она. — А нашей жизни — не понять тебе. Сегодня у меня сын сыт, одет и обут, а завтра пойдет на вокзал попрошайничать. Вот она, доля цыганская. Кормилец наш, муж мой, тоже, как и Она, преставился. Приходится одной сына кормить. А ты, если даже и продолжишь его носить, невесту свою им не вернешь. А продать — не продашь. И держать еще её будешь, мучить.

Сначала У Егора в горле застрял колючий ком, он долго держался, а потом заплакал навзрыд. Фронтовик, который прошел всю Великую Отечественную, который видел столько смертей своих друзей и товарищей, не боящийся сам вражеской пули или мины, сдержаться все-таки не смог. Потоки слез никак не останавливались, он, как ребенок, судорожно всхлипывал и пытался взять себя в руки.
— Откуда про невесту узнала?
— Так на то я и цыганка, чтобы знать и видеть, — и она одарила его ослепительной улыбкой. Зубы у нее были безупречные: ровные и белоснежные.

Егор был на грани припадка. Как отдать подарок любимой невесты, которая погибла при бомбежке? И которой он оставался верен столько лет после ее гибели… Но вот ведь дилемма: ему пользы никакой. Памяти хватает в совместном альбоме с фотокарточками, где его ненаглядная запечатлена молодой и красивой. И никогда не стареющей. Это и есть ведь настоящая память о любимой.
Продать? Да, не продаст, но отдать цыганке, которая просто встретилась на проселочной дороге… Как? За половину минуты было принято решение. С очень легким сердцем Егор расстегнул цепочку и отдал ее цыганочке:
— Возьми. Тебе от него пользы больше будет. А мне и в самом деле отпустить ее нужно, каждую ночь почти снится.
— Зато к себе не зовет, — прозвучало в ответ. Она снова улыбнулась. — За твою доброту и щедрость я отплачу тебе тем же, без обмана. Слушай внимательно.

Следующая твоя жизнь будет разделена на две части. Первая — тяжелая, а вторая — счастливая.
Следующие 10 лет ты будешь возделывать лишь «собственный сад». Придется нелегко, даже несмотря на то, что ты и так своими трудами добился многого. Будут и безурожайные годы, будут и ураганы, после которых будешь начинать все заново, даже дом переделывать. Невеста являться во снах не перестанет. Она тебя тоже любит и желает добра тебе. Не успокоится, пока не увидит, что ты можешь оторваться от вашей общей земли. Однажды она к тебе во сне явится и скажет, куда тебе ехать нужно.
И вот через 10 лет придет к тебе счастье. Переедешь, построишь новый дом, насадишь новых деревьев, будет у тебя новый и урожайный огород. Ты встретишь любимую женщину, женишься на ней и отпустишь первую свою любовь. Она тебе будет за это благодарна. А с женой будет у вас большая, крепкая и любящая семья. Будут и дети, и внуки, и правнуки.

— Что-то я в это не верю, — с опаской произнес Егор. Хотя бы потому, что мне и переезжать-то некуда. Здесь моя деревня, здесь мой дом родной. Да и как забыть мою единственную? — у него снова навернулись слезы.
— Прощай, милок, — промолвила цыганочка, напоследок снова улыбнулась и, хлестнув хворостинкой коня, помчалась догонять свой табор.

*****

2016 год, Кемеровская область. Сбылось все, что было предсказано цыганочкой. Через 10 лет Егор Захарович переехал к дальним родственникам, потому как тоскливо стало одному жить. Только лишь вот по этой причине. Участок в Астраханской области продал, купил в Кемеровской. И начал все заново. Дом — огород — сад. Там же познакомился со своей женой, которая родила двух дочерей. У одной из них уже два сына, у второй дочь, которая родила им правнука. Чтобы жили все под одной крышей, Егор постарался. Дом огромный и благоустроенный. И у каждой семьи отдельный вход, отдельные санузлы и кухни. Но так же в доме есть и одна большая кухня, и крытая беседка во дворе, и там, и там, как правило, с удовольствием и собирается вся семья.

— Дед Егор, а что мы будем делать в субботу?, — спросил правнук, когда они шли из магазина. — Говорят, цыганская ярмарка приезжает. Может, туда сходим?
Дед улыбнулся:
— А давай! Еще и всех своих прихватим. Ты не против?

Правнук затанцевал на месте от счастья. Однако дед Егор смотрел сейчас не на него. А на цыганку, которая шла навстречу. Что-то в ней было неуловимо знакомое. Смуглость, руки, лицо, черные как смоль волосы… И что за черт? Отражающийся в лучах заходящего солнца… на шее… Три камня в нем так и переливались. Поравнявшись, цыганочка хитро улыбнулась ему знакомой улыбкой и прошла было мимо, но не тут то было. Егор Захарович безо всяких стеснений и предисловий, впившись глазами в медальон, задал ей вопрос:
— Откуда?
Сходство с Той цыганкой было неимоверное. Неужели она, только совсем не состарилась?

— По наследству перешло, — подмигнула та и цыкнула зубом. — Ты не беспокойся, после меня в плохие руки не попадет! Твой медальон сам себе хозяина выбирает. И приносит счастье всем, у кого он побывал. Ведь тебе принес?
— Откуда ты меня знаешь?
— На то я и цыганка, чтобы знать, — ответила та и разразилась заразительным хохотом.
Дед Егор просто стоял в ступоре, не зная что ответить.

— Матери моей принес счастье, она меня родила, хотя долго не беременела, бабке моей принес, …. а прабабке и подавно. Она после твоего подарка вышла замуж. И ни за кого-нибудь. А за цыганского барона. И родила бабку. Она мне про тебя и поведала. Как все было и каков ты из себя.
— Столько лет прошло! Я уже дряхлый старик!
— Зря ты думаешь, что годы так сильно человека меняют, что его невозможно узнать. Ой, зря! — и снова сверкнула белоснежной улыбкой.
— Ну а тебе какое счастье он принес? — спросил Егор.
— Замуж через неделю за любимого выхожу. Придешь на свадьбу?
— Нет, дочка. Стар уже. Да и лишним там буду.
— Добро лишним не бывает. Ты ведь его сделал?
— Так ведь бескорыстно сделал-то, а не для того, чтобы за чужой счет на свадьбе погулять. Давай, дочка, прабабушке передавай привет и долгих лет!
— Обязательно передам.

На том бы и разошлись, если бы цыганочка их снова не окликнула:
— Чуть не забыла! Протяни-ка руку, — попросила она правнука Егора.
Тот доверчиво ее вытянул, а она положила медальон в его маленькую ладошку, накрыла своей и промолвила:
— Добро к добру! — сказала девушка очень серьезно, на этот раз, даже без тени улыбки. И зашагала себе туда куда шла, даже не оборачиваясь.

Вот тогда-то Егор Захарович и понял, что имела ввиду прабабушка этой цыганочки, что значит «Подороже, чем деньги».

This entry was posted in Необъяснимое and tagged , , , , , , . Bookmark the permalink.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>