Машинам любить не дано

Его пневматические мышцы нервно вибрировали, а биение стального сердца сбивалось всё чаще и чаще, по мере того как он приближался к чёрной скале. Повсюду, под его ногами и над головой, витали мельчайшие молекулы чёрной пыли, которые медленно оседали на камнях, слегка успокоившись после тяжёлого шага механизма. Солнце совершенно покинуло основание горы, не в силах сопротивляться чёрному дыму заводов.
Синие зрительные датчики в квадратной железной оправе молниеносно изучали обстановку, передавая данные в центральный процессор. Сочленения проводов и пластмассовых трубок, по которым циркулировала зеленоватая фосфоресцирующая жидкость, светились во мраке окружающей среды. Не заметить одинокого путника было невозможно — он слишком выделялся. Здесь, в месте, которое навеки было очищено от всякого представителя касты металла, встретить роботизированный организм было нечто из ряда вон выходящим.
Вершина чёрной скалы представляла собой каменистое плато, подняться, к которому можно было лишь по единственному пути, начинавшемуся у подножия и тянувшемуся по внутренним коридорам горы. Во чреве этого места, словно стражи застыли расплавившиеся андроиды и киборги, теперь они навечно будут охранять Его покой.

Идти по этому месту было ужасно страшно, даже для бессмертного механизма, который просуществовал на Земле не один десяток лет. Хотя программа и не предусматривала страха, но Тот кто обитал в доме на горе мог дарить машинам чувства, пренебрегая искусственным и без сомнения высшим происхождением и повергая их в ужас. Он был всегда и никогда не пытался придать своему бытию высшую цель, о ней Ему было известно лучше других.
Наконец, андроид с гравировкой на левом плече «EM», добрался до завершения внутреннего коридора, и слегка отшатнувшись, от пришедшего в движение, разрушенного механизма, продолжил свой сбивчивый тяжёлый шаг. Сейчас до него начал доходить весь ужас его положения. Ужас, который являлся лишь последовательностью электронных импульсов. Андроид зашёл слишком далеко, и теперь пути назад не будет, а его грудная клетка уже начала нагреваться, что свидетельствовало о том, что Он уже был осведомлён о вторжении робота. Через пять минут ходьбы, механизм остановился, заметив перед собой стальную чёрную дверь. На верхней её плоскости было выгравировано: «Тот, чьё существование вечно и совершенно, беги в ужасе отсюда». Но это мрачное послание совершенно не подействовало на андроида… он знал, что ущербен гораздо больше, чем кто-либо другой. В мире, где правят люди, но посредством технологий, существовать непросто.
Программа никогда не могла полюбить человека… Но и создатель модели ЕМ не был простым смертным. В последний свой эксперимент он вложил все свои силы. Даже сейчас, остановившись перед обителью первозданного страха, андроид видел тот яркий свет, который озарил его стальное тело, когда пожилой седовласый профессор, перед тем как его забрали, смог изобрести роковой модуль.
Внезапно, оторвавшись от алгоритмированной прокрутки старой информации, механизм ещё раз оглядел дверь и одним лёгким движением левой руки выбил её из аркообразного проёма.
Как только пыль от разрушенного камня осела на каменный пол, андроид слегка отпрянул. Прямо перед ним лишь на мгновенье предстало видение… Светлая поляна, покрытая изумрудной травой и поросшая цветами была нечтом неизведанным для электронного разума. Вдалеке сияло солнце, даря свет и тепло всему живому и, чей свет был недоступен миру в настоящее время. Эта картина словно ослепила механизм, заставив его программу конвульсивно искать ответы на вопросы. Но откуда андроид знал, что такое трава, свет и тепло? Ему было это не ведомо. Его программа не могла это объяснить… но… словно машина могла почувствовать то былое великолепие, которое некогда правило на Земле.

Придя в себя, ЕМ с некоторой дрожью в суставах переступил роковую линию, оказавшись на чёрном каменном плато. Через пятьдесят метров от андроида словно призрак располагался небольшой старый дом, который наконец сподобился пробудить анализаторы визуальной опасности в алгоритмичном разуме механизма. Его зрительные датчики начали мерцать, предвещая перенапряжение электросистемы. Моментально подав кислород к перегревшимся схемам, андроид немного подождал пока его несовершенный организм придёт в норму.

Когда система была стабилизирована, робот модели ЕМ за пару минут уже стоял у раскрытой двери дома. Его тактильные анализаторы скрупулёзно исследовали материал ветхого жилища. Если бы это было возможно, то на лице андроида выразилось настоящее изумление. Ещё бы, ведь нехитрый анализ показал, что это… дерево. Тот первозданный, экологически чистый материал, от которого человечество совершенно избавилось… Так и застыв на месте, ощущая нечто за пределами времени, механизм не заметил как за его спиной промелькнула тень. Но даже если бы его технологии и заметили что-нибудь, ЕМ всё равно не смог бы ничего сделать… Ведь пока он прикасался к томе немногому, что сохранилось от первозданной Земли, за его спиной стоял Он.

Юноша, на вид лет двадцати, пристально всматривался в спину роботизированного гостя. В сверх разуме за мгновенья происходил сложнейший анализ. Соединяясь и дополняя общую картину, информация черпаемая из высшей ноосферы, свидительствовала «за» и «против» новоприбывшего страждущего. Наконец закончив свой глубокий мыслительный процесс, юноша щёлкнул пальцами, на что механизм моментально развернулся вокруг своей оси и попытался нанести удар, но хозяин дома лишь слегка оттолкнул андроида, после чего тот как подкошенный рухнул на каменистое плато в пяти метрах от дома.
— Ты тот, кто осмелился войти сюда… Либо твоё существование потеряло смысл, либо же ты желаешь собственной кончины — голос юноши был неестественным, слишком громким и вибрирующим.

Вначале механизм модели ЕМ лишь смотрел на хозяина плато, но вскоре отчеканил глухим низким голосом:
— Значит, легенды врут. Ты не всеведущ.

Лицо собеседника андроида побелело и, сверкнув глазами, он издал крик, который отбросил механизм ещё на пару метров.
— Не смей сомневаться во мне! Я знаю о тебе ровно столько, сколько я дозволил себе узнать… Я не Бог и не имею права проникать в судьбы ни людей, ни машин!
— Вы делаете мне одолжение? — безэмоционально осведомился андроид.
— Нет. Мне нет дела до тебя. Поэтому ты расскажешь всё сам… — щёлкнув пальцами, ответил хозяин чёрной скалы успокоившись.
— Мой великий создатель… — начал было ЕМ, но его прервал жест юноши. После чего он твёрдо сказал:
— Когда ты говоришь со мной, не смей возвышать кого-либо над самим собой. В моих глаза вы все равны.
Андроид чуть склонил голову набок и, проведя все требуемые анализы, решил, что лучше повиноваться Его приказу.
— Можешь продолжить — разрешил Он, заметив ненужную паузу.

Выявив требуемый алгоритм, ЕМ всё же возобновил свой рассказ.
— Тот, кто меня создал, хотел подарить мне не просто способность существовать. Он хотел подарить мне чувство. Хотя бы одно. Но для меня хватило бы и этого. Сначала он хотел подарить мне злобу. Попытайтесь представить: неизмеримые жертвы, глобальные разрушения и чувство всепоглощающей злобы. Такую судьбу вначале пророчил мой Творец, но он изменил своё решение. После этого он вознамерился одарить меня добром. Любое преступление, направленное против меня, я должен был прощать и принимать его за высшую добродетель, но и эта идея покинула разум создателя. Когда же он решил наградить меня любовью, то присоединил ко мне модуль, отвечающий за это чувство. Это было превосходное ощущение, если выражаться человеческим языком. Мне было… тепло — чуть колеблясь закончил механизм модели ЕМ.
Его слушатель оставался безмолвен.

Подумав, что не стоит тратить его терпение, андроид решил довести свою речь до логического завершения.
— Но он так и не смог подарить мне душу. Вскоре, после того как правительственные агенты забрали его, а меня отправили на работы в шахты, я… влюбился в девушку, которую единожды видел мельком и вскоре сбежал. Я не мог ничего поделать. Все мои идеи и мысли были обращены к ней. Лишь она одна безраздельно владела моим разумом. О, что это было за мучение, ведь я прекрасно понимал, что человек не полюбит машину. Проклятый модуль сломил меня, он разрушил тот порядок, что царил в электронных схемах и поколебал стальную волю — на этом андроид ЕМ закончил.

— Чего ты хочешь от меня? — через несколько секунд спокойно задал вопрос черноволосый юноша, сверкнув глазами.
Только сейчас механический разум заметил, что они того же неистово мрачного оттенка, что и вся скала.
Тщательно проанализировав вопрос, машина ответила.
— Я хочу, чтобы ты подарил мне душу. Настоящую и живую. Иначе я просто не смогу совладать с тем нежным чувством, которое приходит так внезапно. Я хочу его контролировать, иначе оно поглотит меня.
— Ты уверен в своих желаниях? Подарить душу машине дело не столь хитрое, сколь опасное. Поверь, ты можешь… перестать функционировать — потирая весок, прошептал Он. При последних словах его глаза опустились.
— Моя просьба проанализирована и я не изменю её — твёрдо отчеканил ЕМ.
— Мне жаль тебя… Ты не ведаешь, что творишь…
— Я могу уйти, если доставляю вам неудобства — сообщил андроид.
— Я бы хотел тебя выгнать, но я поклялся помогать всем, кто несовершенен так же, как и ты. Ты пришёл за душой, так получай её, но знай, что это решение роковое — так же твёрдо промолвил Он.
— Я не отступлюсь…

Тотчас после этих слов произошла ярчайшая вспышка света, и андроид упал навзничь. Когда его система вновь активировалась, он заметил, что его грудная клетка частично расплавлена. Над ним возвышался хозяин чёрной горы. Он был безмолвен… Сейчас машина испытывала противоречивые ощущения. Теперь она была обременена душой.

С большим трудом встав, ЕМ, хромая, направился к выходу. Он шёл и был уверен, что отныне его существование приобретёт смысл…

За его спиной всё так же неподвижно находился черноволосый юноша… Сейчас он решился нарушить свои же правила. Заглянув в будущее андроида, Он изменился в лице и Его глаза наполнились грустью… Душа — это не только великое благословение, но она может стать и проклятием… Рождение новых эмоций и конечное саморазрушение…

Теперь властелин чёрной горы знал, что через некоторое время этот андроид украсит своим расплавленным остовом внутренние коридоры скалы… При этой мысли Его глаза слегка заблестели… то были слёзы…
— Что не говори, но металл любить не может… — эти слова громом раздались по всей каменной платформе, потревожив чёрную пыль, которая после, медленно оседала к ногам властелина сферы разума.

This entry was posted in Необъяснимое and tagged , , , . Bookmark the permalink.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>