Больничные трудности

1. Мертворождённые
Мне случилось работать в той больнице медсестрой. Днём и ночью я следила за карапузами, что появлялись у нас в больнице. Сколько бы я ни сидела там, мне зарплату не увеличивали, ясно почему. Два года назад, я была на грани увольнения.
Ночью, я сидела вместе с малышами. Свет везде потушили, я сидела в кресле и подходила к малышам, если им становилось плохо, плакали, либо пакостили. В общем, была временной матерью. Уже проваливаясь в царство Морфея, я услышала тихий писк. Потом, будто взрыв — громкие крики младенцев, визги, писки и прочее. Я схватилась за голову и побежала к кроваткам. Как только я сделала шаг на пол, крики затихли, я в ступоре. Подойдя к одной из кроваток, я заметила стеклянные глаза младенцев. Они все лежали в одной позе, у всех на лице была гримаса ужаса. В темноте, я схватила одного и прислушалась к сердцу. Тишина. Ничего не слышно, нет пульса и дыхания. Они уже холодные. Но как?!
С тех пор, у нас матери рожали лишь мёртвых. Я прошла через десятки судов, но вины моей не признали. Я не могу больше видеть детей, мне страшно слышать их плач.

2. «Безумие»
Так прозвали нашу больничную эпидемию. Все больные в палате №5 были найдены парализованными. У них шевелились лишь глаза. У всех. Сразу же свалили на дежурного, но он пропустил рабочий день, так как сам заболел. Вскоре, такая болезнь разошлась на следующую палату.
Мы поставили камеру и внимательно наблюдали за ночными заражениями. В темноте мы видели, как бедняги трясутся в конвульсиях. Прислав туда врачей, мы прислонились к экранам, наблюдая за ними.
00:01
Прибегают врачи. Они открывают двери, как на них обрушиваются крики и стоны.
00:02
Затишье. Все замолчали, врачи подошли к больным. Маленькая девочка плачет.
00:03
Больных выносят из палаты в другую. Зачем? Спросите у тех самых врачей.
00:04
Переключаемся к следующей камере. Больные, как только уходят врачи успокаиваются, на крики слышны из палаты №7.
00:05
Врачи не вернулись.
00:35
Врачи так и не пришли.

3. Дети солнца
Так называют аутистов и даунов. У нас в отделении их очень любили: добрые, наивные, но чересчур импульсивные. Всего-то шесть утра, я прихожу на работу. По дороге я беру в автомате чашечку кофе. Автомат не принимает деньги, он их заглатывает и не отдаёт. Они просто проваливаются. Свет не работает. Понятно, похоже, нет электричества.
Достав старый стакан, который таскаю с собой с той поры, как случайно купил его, я положил на пол. Так-с, нужны свечи, а для свечей — спички. Я бегу за спичками, оставляя сумку возле кофемашины. Прихожу со спичками — нет ни стакана, ни свечей. Только сумка. Причём, в ней больше ничего не тронули.
Иду по горячим следам — у меня из сумки, прямо перед порогом тех самых «солнечных» деток выпал брелок с белочкой. Открываю…
Они сидят в круге, в середине свечка. Она горит, но каким-то странным пламенем. Они смотрят на меня, а потом начинают реветь. Чёрт, страшно становится. Забираю свечу и ухожу.
На следующий день, один из них умер. Причина неизвестна.

4. Баба Нюра
У нас на вахте сидела бабка Нюра. Добрая и милая женщина, контролирует бахилы. Недавно, скончалась от инфаркта, всю ночь её труп лежал в палате №2. Там больше никого не было, кроме золотых рыбок. Наутро, золотых рыбок нет, а изо рта бабки торчат их хвостики. Я подумала, что кто-то так пошутил, аккуратно достаю рыб. Кидаю в аквариум — чудо! Они плавают!
На следующую ночь, я слышала шорохи. Оставшись на ночное дежурство, я услышала, как в её палате что-то шуршит. Медленно открываю дверь палаты…
Нюра лежала на другой койке, в руке держала книгу, что стояла в шкафчике для книг. С ужасом убегаю назад. Дверь не открывается! Я задёргала ручкою, как вдруг кое-что заметила… Глаза Бабы Нюры открыты и зрачки бегают из стороны в сторону.

5. Рисунки малышей
В больницу часто матери приносят своих чад, чтобы мы с ними работали, как никак — реабилитационный центр. Мы разделялись по классам, где в конце концов попадал каждый. Класс художников, класс скульпторов, класс поваров и класс музыкантов. Мы корректировали у музыкантов речь, у художников — мелкую моторику, как и скульпторам. Повара же просто учились готовить, а потом кормили дежурных. Сидела, наблюдала за всем этим. Малыши рисуют, мы с подругой разговариваем.
— У одной из малышки, у той, Алиски, мама болеет. В последнее время, она рисует странные рисунки. Ты же год училась на психолог…
— Даже не думай. Я не профессионал, не могу ставить диагнозом и общаться с детьми. Но Алиску гляну.
Я была очень добра к Алисе. От нашей больницы постоянно отправляются рисунки от неё, у неё есть талант к рисованию.
Но её рисунки меня пугали. На них была нарисована я, подруга и Алиса. Мы были одинаковы на лицо, глаза, рот, уши — всё одинаковое. А на верху корявая надпись: «Семья».
Её мама умерла, а я позже приютила Алису. Подруга стала крёстной матерью. Её предсказание меня и по сей день мучает вопросами.

Эта запись опубликована в Необъяснимое и отмечена , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.