Пленник греха 3. Часть XIII: Развязка

Странные глухие звуки донеслись сквозь глухую тишину и безразличную темноту. Было уютно, тепло и спокойно. Мгновение спустя, Зак резко открыл глаза, словно его мозг включился, отойдя от долгого сна. Он увидел перед собой белую стену. Резко привстав, Зак обнаружил, что находится в небольшой уютной комнате, интерьер которой показался ему до боли знаком. Рядом с ним, на старом деревянном стуле сидел знакомый бородатый старик азиатской внешности. Лицо Учияммы казалось до бесконечности спокойным и до нельзя взволнованным одновременно. Это настораживало. Учиямма держал в руке керамическую чашку с горячим чаем. На мгновенье, Учиямма застыл, уставившись Заку в глаза. Зак, также неподвижно сидел на каменной печи, свесив ноги вниз и смотрел в глаза старику. Меццоджорно овладело знакомое чувство пребывания вне времени и пространства. Помимо этого, он ощущал воздушную легкость своего тела, а вернее своей бестелесности.
— Ну?! – полушёпотом, нерешительно произнёс Зак.
Ответа о Учияммы не последовало. Он лишь непривычно опустил глаза.

Зак не знал что думать, но этот жест в исполнении таинственного, ещё почти нераскрытого, но точно могущественного существа, коим Заку представлялся Учиямма, заставил его ощутить бег сотен тысяч мурашек по всему телу. Это был жест бесконечного, глубокого отчаяния, жест безнадёжности. На миг Заку показалось, что его пробуждению предшествовал конец света. Он невольно вспомнил Луиджи, Эстер, родителей и Линду. Глаза Зака расширились, придав его лицу гримасу ужаса.
— Где они?! – также тихо и неуверенно произнёс Зак. Из его глаз выступили слёзы.
Учиямма мгновенно поднял глаза, округлил брови и резко произнёс – Контроль утерян! В мире окончательно воцарился хаос. Исчадия ада скоро разорвут весь мир в клочки. Я не знаю где твоя семья, Зак. Я попытался вытащить вас из дома Контри. Мне это удалось, почти удалось!
— Что означает это «почти»? – проглотив комок, застрявший в горле и зажмурив глаза, вымолвил Зак.
— Даурус стал ещё сильнее. Я его недооценил! Ему удалось выхватить у меня Эстер и Луиджи, вывести их за пределы моего луча и унести их с собой. Не знаю куда. Я даже не знаю где они и в каком состоянии. Мои силы резко убывают. А что касается твоих родителей и Линды… они… они… – лицо Учияммы стало искажаться, словно из кристального изображения телевизора вдруг выступили помехи, усиливавшиеся с каждой сотой долей секунды. Реальность вокруг Зака начала искажаться. Зак заметил, что за окном дома Учияммы, стало резко темно. Лесная зелень, составляющая пейзаж из окна дома Учияммы куда-то исчезла и на её место пришла темнота. Зловещая, непроглядная, всепоглощающая и что самое главное, искусственная темнота. Зак также заметил, что стены и потолок дома разразили жуткие огромные трещины. В ушах был неземной гул. Гул был страшный и по ощущениям, неживой. Реальность перед глазами Зака искажалась всё больше и больше а за искажением творился ад. Комната почти раскололась. Пол также раскалывался. На лице Учияммы Зак успел вычитать безнадёжность. Последнее, что Зак услышал из уст Учияммы, или по крайней мере, ему так показалось, был обречённый, растянутый выкрик: «Меня больше неееееет…» После этого, ощущения пропали, гул стих и Зак вновь окунулся во мрак бесчувствия.
Мелодичная, тихая музыка. Слипшиеся глаза с трудом открылись. Зак чувствовал тяжесть в веках. Он сразу понял, что находится в своём физическом теле, в земной реальности. Зак был в комнате, где неопределённое время тому назад, он, Луиджи и Эстер оставили свои физические тела в небольшой полузатемнённой комнате с высоким потолком. В комнате играла всё та же музыка, под которую Зак уснул. Это была композиция перуанского композитора и музыканта, Педро Суарез-Вертиза – «China wife». Зак ощутил, что держит в правой руке что-то холодное. Это была рука Луиджи, лежавшего на соседней койке, холодная и безжизненная. Другой рукой Луиджи держался за руку Эстер, которая, подобно Луиджи была мертвецки белая.
Зак в ужасе вырвал руку из ладони сына и со страшным рёвом отпрыгнул к стене. Страх округлил и расширил Заку глаза. Его руки дрожали. Он в ужасе подошёл к Луиджи и потрогал его щёку. Она была холодна. Слезинка, выпавшая из глаза Зака упала на щёку Луиджи. Эстер была также холодна. Он обнял её и произнёс: «Где?! Где ты сейчас, милая?!». После, он повернулся к бездыханному телу сына и со слезами налёг на него. Зак лежал застывший, навалившись туловищем на бездыханное тело сына. Так он и пролежал около часа, по началу всхлипывая, а после в гробовой тишине, не издавай ни звука. В конце, обессиленный Зак с трудом поднялся на ноги. Оглядевшись по сторонам, он заметил, что на тумбочке, стоявшей в дальнем углу комнаты, в темноте, лежало что-то белое. Подойдя к тумбочке, он обнаружил листочек бумаги, на котором были написаны непонятные буквы в сочетании с цифрами. Зак сразу понял, что это был код от двери. Он повернулся назад и ещё раз оглядел бездыханные тела жены и сына, после чего вытер слёзы и направился к двери. Зак набрал код с бумаги, на электронном циферблате. Тишину прорезал тяжёлый звук открывающейся двери.
Машинально, нехотя шагнул за порог двери и замер. Ужасающая картина, представшая перед его глазами могла его убить, если бы он уже не ощущал себя покойником. У Зака уже не было сил ни огорчаться, ни плакать. Ему всё было безразлично. Агония давно прошла, уступив место всепоглощающей апатии. Зал был полон крови. На полу валялись трупы. Это были трупы волков. И лишь два тела были человеческими. Среди множества волчьих трупов, где-то в центре зала валялось бездыханное тело Линдси. Зак подошёл к телу матери и нагнулся над ним. Её горло было перерезано чем-то острым. Вспорото было и брюхо. На ощуп она была ещё тёплая. Зак замер на несколько секунд, чтоб различить колебания вздохов груди, но дыхания не было. Тут, Зак услышал хриплый голос, переходящий в шипение. В дальнем углу кто-то шевелился. Это был Фредерико. Он с трудом поднял руку, попытавшись призвать к себе сына. Зак тотчас же подбежал к отцу и схватил его за руку. Тело фредерико было изодрано, живот был вспорот. Фредерико схватил Зака за шею и поднёс его голову к своей.
— Чу… Чуф…фри…ллаа! – с трудом прохрипел Фредерико. – Чу..фр.. заб… б…рал Линд… – Не сумев докончить фразу, Фредерико испустил последний вздох, а его приподнятая голова рухнула затылком на пол.
Зак испустил истошный крик и рванулся вперёд, сам не зная куда. Дверь зала, ведущая в прихожую была открыта и Зак, пробежав через ещё одну открытую дверь, оказался в скалистой местности. Зак не зпмечал ничего вокруг. Он бежал и бежал. Была тёмная, безлунная ночь и было прохладно. Зак просто бежал, безучастно бежал, не чувствуя ни холода, ни опасности, которую сулила ему непроглядная темнота. Зак не заметил, что он давно уже в лесу. Он пробирался сквозь заросли, деревья, царапая лоб и руки. Дыхание давно сбилось, биение сердца заметно ускорилось. В глазах потемнело, однако, Зак в бескрайней апатии продолжал бежать. Он бежал и бежал, в полной темноте, пока не наткнулся на что-то и потерял сознание.
Лучик солнца, пробившись сквозь густые верхушки деревьев, ударил Заку в глаза. Зак, весь мокрый и грязный валялся в небольшой луже. Открыв глаза, протерев их руками, придя в себя, он встал и тотчас же решил найти комплекс в скале, где оставил тела своих родных. Зак, вслепую начал искать выход из леса, даже не догадываясь в каком направлении находится комплекс. Поиски дороги начались утром, а когда солнце уже садилось, Зак всё ещё был непонятно где, в лесу, без надежды найти хоть след, ведущий к какому-бы то ни было выходу из него. Зак весь день ходил кругами, как ему казалось. Он даже всерьёз задумался над тем, что сам не знает, как тут оказался и что возможно весь мир превратился в один сплошной лес. Наступила ещё одна тёмная ночь. Зак, обессиленный, переохлаждённый и досмерти голодный упал под какое-то дерево и сам того не заметив погрузился в сон.
Всю ночь, Зака мучили жуткие кошмары. Ему снилась хижина в лесу, где он много лет тому назад зверски зарезал Паолу Сорби, снились кровавые буквы на стене, исчезнувший труп. Снилось, как он безрезультатно пытается покинуть место преступления, из последних сил пытаясь убежать из леса, но вновь и вновь возвращается к хижине.
Зак проснулся в холодном поту. Солнце ещё не встало, как ему казалось, должно было быть около пяти часов утра. В лесу по прежнему стояла привычная гробовая тишина. Зак, без всякого участия разума, просто машинально шёл вперёд, в каком попало направлении. Лес казался бесконечным. К полудню он дошёл всё-таки сумел выйти из леса и оказался в скалистой местности. Солнце пекло, нагревая скалы. Заку ужасно хотелось глотка воды. Наконец, он дошёл до входа в межскальный комплекс, откуда он выбежал дней два тому назад. Найдя комплекс, Зак не ощущал ни радости, ни малейшего удовольствия, или искринки надежды. Привычная апатия владела им. Он был настолько изнеможён, что еле видел куда идёт. Зак прошёл в зал, миновал трупы волков и своих родителей и вошёл комнату, где оставил тела сына и жены.
Глаза Зака в очередной раз расширились. На миг показалось, что зрелище вывело его из апатии, в которой он пребывал. Зак протёр глаза, чтоб удостовериться, не обманывали ли они его. Но они его не обманывали, тел не было на месте. Все три кушетки, накрытые белыми простынями были пусты.
Зак посмотрел назад, огляделся. Бездыханные окровавленные тела его родителей, как в страшном декоре к фильму для садо-мазохистов, валялись среди трупов волков и кровавых луж. Рассудок Зака помутился, в глазах вновь потемнело, но он продолжал стоять на ногах. Зак простоял неопределённое время, просто дыша, но ничего не видя. В конце, словно кто-то включил свет, зрение вернулось, но не рассудок. Рассудок витал где-то над скалами, парил в пустых небесах, играл с мыльными облаками, забыв обо всём. Рассудок умер!
Неистовый, безудержный хохот эхом разносился по залу. Скалы сочувственно вторили ему. Конченный человек, вернее его остаток, шальными шагами шёл к выходу, размахивая руками и унося с собой смех безумия. Шёл в никуда из ниоткуда. Солнце раскаляло давно перегоревшую голову, перегоревший разум, перегоревшее сознание. Неприступные скалы, непроходимый лес, кровавые лужи, оставленные позади и даже радостные крики двух стервятников, сидевших на вершине скалы, в один голос оповещали мир, или то, что от него осталось, о том, что ещё одному грешнику, Заку Меццоджорно, пришёл неминуемый конец!

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , , , | Комментарии к записи Пленник греха 3. Часть XIII: Развязка отключены

В бане

Вообще, я — человек адекватный и не всегда верю в необъяснимое, хотя порой побывать в такой ситуации всегда хотел, но я не думал, что это так страшно!

Это было на Новый год у нас в деревне. Ей уже около трех веков, некоторые дома рухнули, а некоторые еще стоят (например, мой). А вообще, людей очень мало. Но не о том. Мы с моим отцом поехали туда из Москвы и прибыли только в час-два ночи. Там дедуля с бабулей и еще несколько гостей отправили нас в баню. Я всегда боялся этой бани — такая дряхлая, полуразваленная да еще и далеко от дома… Она вообще была заброшена, но дед ее починил. А электричества там нет, и единственный источник света — фонарики. Но, как назло, все перегорели-разрядились и нам дали 2 свечи. Мы пришли, попарились… Мой отец уже уходит: «С легким паром! Я пошел» — сказал он, хлопнул дверью, и я услышал как он идет по снегу и звук хруста отдалялся (то есть уходит).

Лежу я на скамейке, сижу… И вдруг слышу: хрусть-хрусть, хрусть-хрусть по снегу. Я подумал, что отец что-то забыл и возвращается.

Хлопнула дверь, потом кто-то зашуршал пакетами. Я говорю: «Пааап!» — в ответ тишина. Я выглядываю в предбанник, а там никого… Я немного испугался и вспомнил все непонятные истории, рассказанные дедом, бабушкой, связанные с этой баней и с этим местом, в которые я не верил. Но мой здравый рассудок все рассеял, я решил, что это просто сильный ветер открыл двери, пошуршал. Я сел на место.

И вдруг ни с того, ни с сего свечку кто-то задул, хотя ветра не было. Я темноты не боюсь, потому это меня не смутило, но тут меня по спине кто-то начал поглаживать веником… Я так грозно говорю: «Кто здесь?», но тишина в ответ чуть меня не свела с ума, и я с визгом рванул домой. Там все преспокойненько пили чай, смеялись… И тут я в одном полотенце: «Кто это сделал?!!». Никто ничего не понял и я все им рассказал.

Наутро мы пошли на место происшествия… И можете себе представить: кто-то или что-то закрыло двери на замок снаружи, а ключи остались внутри, а без них двери не закроешь! В общем, у нас у всех были такие рожи и двери пришлось вскрывать. Но непонятно все же, что это было? Какие предложения?

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи В бане отключены

Заснуть и не проснуться

Не знаю совпадение или нет, но я испугалась когда вспомнила…
Дело в том, что у меня был дед, в детстве мы вместе всегда были, постоянно с ним за руку ходила везде, как хвостик. Да и ругались часто…
Вот исполнилось мне 11 и умер наш дедушка, сначала в коме неделю пролежал, а потом умер… Плакала долго даже в истерику забивалась… Ночью рыдала, сеансы проводила, чтобы с ним хотя бы поговорить, сказать как я его люблю…
Да вот снится мне, что я в нашем дворе стою, рядом дедушка, дядя мой, которого я так же сильно любила…
Стоят и в одну точку смотрят… Я подхожу, начинаю их трусить, реветь, руками махать… Бесполезно…
Я обняла деда и держу за руку. А он меня как оттолкнёт…
Смотрю в другую сторону.
А там мальчик какой-то… Такой злой, и начинает нападать на меня… Этот бой не за жизнь, а за смерть — я так поняла…
Он так сильно меня отбивал, что я по земле валялась, дышать не могла…
В итоге…

Он выиграл.

Недавно вспомнила этот сон из-за того, что один мальчик недавно умер так же: неделю в коме пролежал и умер…
Так жалко его, а как сон вспомнила, то мурашки по коже пробежались…
А ведь если бы я сражалась, я бы могла умереть…

И да, это реальная история, не знаю, вызовет ли у вас она дрожь по коже, но тут ничего выдуманного нет.

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи Заснуть и не проснуться отключены

Олеся

Она бежит по дорожке в своих розовых сандалиях. Спешит в центр двора, чтобы поиграть с другими ребятами. «Олеся, Олеся вышла!» — кричит ей детвора, и она весело несется им на встречу. Ей всего пять, впереди у нее могло бы быть всё, о чем мечтают люди, ведь она очень красивая, умная и общительная. Она бы хорошо закончила школу, с красным дипломом престижный экономический институт. Потом в свои двадцать два Олеся бы стала ведущим менеджером в крупной парфюмерной компании. Потом бы на нее обратил внимание директор холдингового центра продаж — Игорь. И вот они поженились, потом у них родилась бы дочка Соня и три года спустя сын Артур. Тогда бы Олеся ушла с работы, заработка мужа вполне хватало им, чтобы ни в чем не нуждаться. Каждые три месяца они всей семьей будут ездить в разные красивые места, путешествовать, наслаждаться жизнью. Потом ей будет сорок три. Дети уже вырастут. Муж Игорь начнет задерживаться на работе и тому виной будет новая молодая секретарша Леночка.
Потом она узнает об измене, и они разведутся. К тому времени дочь Соня уже закончит университет в Австрии и выйдет замуж за перспективного немца Йохана, с которым познакомится в Вене. Артур же осядет в Аргентине. Он стал неплохим геодезистом, организовал свою фирму, которая теперь базируется в сейсмических зонах берегов Южной Америки. Там он женился на девушке Марии, дочери аргентинского магната.

А вот Олеся сидит одна в двушке на окраине города, глядя в темноту окна. Она сама выбрала этот район, здесь тихо. Настолько тихо, что эта тишина теперь придавливает ее к полу, словно пытаясь расплющить голову своим безмолвием. Звонки дочери и сына стали редки настолько, насколько это можно представить. Поздравить в день рождения, 8 марта и Новый год – и это всё. Сама она пыталась созваниваться чаще, но всегда была не вовремя. Получалось так, что Олеся всегда отвлекала детей от важных дел. Поэтому звонить сама она перестала. Даже на дни рождения писала короткие смс детям, в которых поздравляла их. И что сейчас? Она одна, одинокая, с кругами под глазами, с целым набором нервных расстройств и болячек, молча, в полной тишине смотрит в окно и не видит в нем ничего, чтобы могло бы удержать ее от необдуманного шага. Но этот шаг основательно обдуман. У нее было столько времени, чтобы все хорошо обдумать и спланировать, что ее задумку нельзя назвать спонтанной и не осознанной, совершенной на фоне депрессии. Ее миссия выполнена, дети выросли, стали самостоятельные, устроили свои жизни, ее больше ничто тут не держит. На подоконнике лежит весомая груда таблеток и кружка воды, чтобы безболезненно покинуть этот мир. Сегодня она попросила соседку с утра зайти к ней полить цветы, так она обнаружит ее. Не очень хотелось бы распухнуть от жары и предстать в таком вонючем и разлагающем виде, когда ее найдут. И не хочется, чтобы для этого еще пришлось ломать дверь. Она написала записки детям, в которых попросила прощения. Вроде всё. Больше ничего не надо. Одна горстка таблеток и один глоток воды…
Но теперь это уже не важно… потому что сейчас она еще пока маленькая девочка, которая играет во дворе на детской площадке. Рядом с ней сидит симпатичный голубоглазый мальчик. Они играют, лепят какие-то куличики из песка. Такие умиротворенные. Я наблюдаю за ними. Солнце весело пригревает их своими лучами сегодня. Ничто не предвещает беды. И, глядя на эту девочку, я знаю наверняка, что она больше не будет одна сидеть у окна и готовить себе смесь, чтобы покончить с собой. Самоубийца… Они становятся прокляты, лишая себя жизни и попадают в такие дебри междумирья, из которых вынуждены вечно искать выход, переживая и ощущая всю боль одиночества и страданий. И этого нельзя допустить, потому что мой мир – это мой мир. И что будет, если я начну в нем принимать всех желающих самостоятельно оборвать свою жизнь? Мне не надо такого счастья! Конечно, я не успею ко всем – их слишком много, но все же к большей части из них я прихожу. Некоторых я убеждаю словами, нашептывая в их головы ниточки надежды, но некоторых я могу избавить от этого лишь одним способом. Я возвращаюсь назад и останавливаю их на этапе радости, чтобы тогда, когда они предстанут перед Создателем, они не знали того счастья, которое подарила им жизнь! Они не чувствовали нежных поцелуев когда-то любимого человека, объятий детей, радости от их успехов, наслаждения от теплого моря и жаркого солнца. Они не смогут своими поступками привести к самоубийству. И пусть потом говорят, что такова судьба, злой рок, который забрал жизнь маленького беззащитного человечка – я-то знаю почему все произошло именно так и никак-то по-другому.
И вот я стою возле детской площадки, смотрю на эту девочку. Она сидит под могучими железными трубами, к которым прикручен детский мост с горкой. Играет в песке, а я выбиваю металлический стержень из основания конструкции, чтобы трубы согнулись под своим весом и упали сверху. Она сидит и неи о чем не подозревает, не знает, что случится через минуту, и даже не поймет – что это был я. Меня никто не видит – меня нельзя увидеть или услышать. Я рядом, но никто даже не подозревает о моем присутствии, не слышит, как я выдвигаю стальную спицу, которая держит верхушку детского городка. Так я помогу ей, избавлю ее от того одинокого вечера на окраине города. Избавление от будущих страданий – такова моя помощь, хотя далеко совершенно не такая радужная, как себе ее представляют смертные. И вот скрип гнущегося металла, легкий детский испуг, вскрик, взгляд, не успевший ничего понять… и тяжелая труба буквально расплющивает маленькое детское тельце по песку…

*****

Этот эпизод в жизни еще долго будет являться в кошмарах, от которых она будет вздрагивать и просыпаться – это в наказание за то, что она хотела совершить. Труба упала рядом с ней прямо на мальчика, который играл с ней в песке. Прямо на ее глазах смяло худенькое тельце, разрывая его, как консервную банку. Кровь фонтаном брызнула по всей площадке, в лицо Олеси попали даже ошметки плоти. Маленький Игорек, который ей так нравился, превратился в безжизненную кучу мяса и костей, а сама девочка получила такое эмоциональное потрясение, что вряд ли теперь, когда вырастет, сможет думать о том, как бы свести счеты с жизнью.
Таким образом я наказал всех. И Игоря, который бы мог стать мужем Олеси, но в итоге сейчас распластался по песку. И секретаршу Леночку, которая теперь не появится на свет, потому что ее будущий папа, как старший строитель этого детского городка, не будет ухлестывать за ее мамой, а предстанет перед судом и надолго сядет в тюрьму. И саму Олесю, которая хотела покончить с собой, оставив ей жуткую психологическую травму на всю жизнь. Чтобы она поняла и научилась ценить жизнь. Когда ты так близко видишь работу смерти, то сразу же по-другому относишься к собственной жизни, и однажды, побывав в считанных сантиметрах от того, чтобы умереть, ты начинаешь ценить то, что было тебе дано, как награда…

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи Олеся отключены

Безголовые

Володя водил машину всю свою жизнь. Нигде больше не работал. Как получил права – так и уселся за нелегкую работу водителя. Ездил на грузовых машинах и на тракторе, и в такси, и шофером местного совхоза. Дорога – стала его спутницей по жизни. И вот сейчас, в свои сорок три года, он держался за баранку старенького Камаза. Возил летом ягоды в областные холодильники, а зимой – доски с пилорамы. Случалось в пути всякое. Не раз «железный агрегат» ломался, тогда приходилось чинить его, несмотря на жару или морозы. Были в пути и аварии и болезни, но желание и любовь к дорогам, снова и снова усаживали его за руль и устремляли в путь. За долгое время работы дальнобойщиком Владимир сформировал несколько неотъемлемых законов, которых четко придерживался. Первый закон – не брать голосующих на дорогах. Всякий народ попадался на пути, много историй по этому поводу было услышано и увидено, поэтому лишний раз мужчина предпочитал не рисковать. Как можно усаживать незнакомца в свою кабину, не зная, что у него в голове. Убьет, покалечит. А ведь дома жена и два сына. И кормить их, кроме Володьки особо некому. Поэтому этот закон, мужчина чтил, как ничто. Второй постулат, которого придерживался он – не ездить в ночь. Плохо видно дорогу, наваливающийся сон в пути. Опять же, сколько он наслушался и насмотрелся о засыпающих или пропадающих ночью водителях, различных байках и странных происшествиях. Поэтому перед поездкой, Володя всегда тщательно просчитывал время в пути, где заночевать, учитывая все возможные задержки в пути и возможные варианты их урегулирования.

В этот раз, Володя отвозил доски в Карелию, после чего его ждала новая погрузка и очередная дорога в областной центр, но по пути случилась досадная поломка, отнявшая на свой ремонт почти целый день, которая и заставила нарушить мужчину свой принцип, а именно – ехать рейс в ночь. По-другому, он просто бы не успевал забрать товар и привезти на место в срок. Пришлось загружаться вечером и тут же отправляться в путь, так как время на нормальный ночлег он истратил из-за починки автомобиля. Утешало лишь то, что дорога, по которой предстоит ехать, знакома ему очень хорошо. Он знал каждую кочку, каждую ямку на этой трассе, которая даже днем была не особо оживленная.

Подъезжая к заправке, перед ним неожиданно вырулила черная Мазда, подрезав так, что Володе пришлось резко тормозить, чтобы не врезаться в этого наглеца. Мазда с блатным номером «555» сделала лихой вираж около колонки, издавая пронзительный визг шин, и остановилась около входа. Из водительской двери машины выскочил лысый молодой парень в красном спортивном костюме с белыми лампасами и исчез за дверью заправочного магазинчика. Бензин его явно не интересовал. Володя подъехал к колонке и остановился. Когда он открыл двери, в уши моментально ударили мощные басы из багажника Мазды. Музыка дубасила так, что, казалось, водитель «Ц-икс-5» хотел слушать свои треки и в самом магазине. Володя вставил пистолет в бак и направился к кассе. Проходя мимо тонированных стекол, он увидел, что на пассажирском переднем сидении находилась молоденькая деваха в коротком черном платье. Она посмотрела на Володю, и стало ясно, что она уже далеко не трезвая. Яркий вульгарный макияж по симпатичному личику был похож на боевую раскраску. Девушка качала головой совершенно не в такт музыке, но и этого хватало, чтобы чувствовать себя «кайфово». Отвлекшись на нее, Володя не заметил, как двери магазинчика открылись, и из нее выбежал лысый водитель Мазды. Они столкнулись. Из рук парня выпала пачка презервативов, в другой руке юноша держал сигареты.

— Ой, простите… — начал было Володя, который еще несколько минут назад хотел высказать этому наглецу все, что о нем и его умении водить автомобиль он думает, но не успел.
«Лысый» поднял пачку, нагло ухмыльнулся.
— Смотри куда прешь, папаша! – хриплым голосом проговорил парень, пахнуло спиртным. Он шагнул вперед, вываливая вперед плечо, сдвигая удивленного Володю в сторону.
Раздался дикий визг и, взметая клубы дыма из под шин и выхлопной трубы, Мазда рванула по трассе за город. Володя нервно сплюнул, провожая «три пятерки» раздосадованным взглядом. «И откуда такие берутся?» — отметил он про себя.

Заправившись, Володя заехал в придорожное кафе, где плотно покушал и, наконец, выехал в путь. Ночь была особенно темна сегодня. Огромными россыпями на небе высыпали звезды, луна ярко освещала все вокруг, отчего казалось, что на улице вечер, а не глубокая ночь. Володя крепко держался за руль, включив в магнитолу флэшку, так как радио уже тут не ловило. Настроение было хорошее. Ехать менее пятиста километров, а это часов 8 езды. На дорогах было пустынно, и старенький оранжевый Камаз мчался по трассе, оглушая своим ревом засыпающий лес. В кабине звучали любимые песни Владимира, отчего и поездка становилась приятней. Проехав последние городские постройки, предстояло почти двести километров абсолютной лесной глуши, в которой максимум на что можно было рассчитывать – это деревянные скамьи и навесы для остановок туристов, несколько маленьких глухих деревень и небольших стоянок. За все время, что мужчина проехал, на пути ему встретились лишь пару машин, видимо возвращавшихся в город из своих приусадебных участков. Камаз проехал небольшой мостик, и дорога потянулась вдоль большого красивого озера. Сегодня легкий туман стоял над водой, который стал вылезать и на трассу, окутывая асфальт белой пеленой. Пришлось скинуть скорость из-за плохой видимости дороги. Володя ехал, наслаждаясь красивыми загадочными пейзажами ночного леса. И тут сквозь туман на асфальте, фары осветили номер «555» на заднем бампере припаркованного на обочине черной мазды. Та самая Мазда. Двери были приоткрыты. Владимир скинул скорость и внимательно осмотрел припаркованный автомобиль. Света в машине не было, приборы на рулевой панели были выключены. «Неужели, они тут спать легли? А чего двери не закрыли? Ну да, мало ли, откуда едут. Может устали. Спят» — подумал про себя Владимир. — «Ни в лес же пошли на ночь глядя».

Он уже хотел прибавить газа, как вдруг краем глаза заметил, что на дороге кто-то стоит. Благодаря хорошей реакции, он чудом успел остановить Камаз. На дороге с корзинкой в руке стояла какая-то старушка и ладонью укрывала глаза от яркого света фар машины. Володя приоткрыл дверь и выглянул.

— Ты что же старая, под колеса лезешь? Это хорошо, что я скорость сбросил, а то бы…
— Подвези, милок, — проговорила старушка. — Машина то вишь у меня сдохла совсем, — бабка указала на припаркованный на обочине автомобиль
— Чего? — удивился Володя. — Какая машина? Ты, что старая?
— Да вот эта машина, — кивнула бабка. — Не выключила фары пока по ягоды бродила. Аккумулятор, видать, разрядился. Связь тут не ловит — позвонить никак. Подвези, милок. Очень тебя прошу. Тут деревня моя недалеко!
— Я не беру попутчиков, бабка, извини! Может, кто за мной едет — подбросит! Только ты под колеса так не бросайся, а то точно собьют! Ночь ведь! — ответил Володя, захлопывая дверь, но старуха сделала несколько шагов вперед, преграждая дальнейший путь Камазу. Пришлось снова открывать дверь.
— Да ты чего, бабка? Жить надоело?! Уйди с дороги!
— Неужто ты бросишь меня тут одну, милок? Я ж в мамки тебе гожусь! Что ж я тебе на горб прошусь что ли? Машина меня даже не почувствует! Тут до деревни-то около 20 километров. А там зятек у меня, с ним съездим, прикурим, да в деревню отгоним машину. Ну? Что тебе стоит? Не съем же я тебя! — бабка улыбнулась какой-то слегка надменной и наглой улыбкой. В освещении фар это выглядело даже как-то зловеще.
— Ладно, залазь! — недовольно сплюнув, сказал Володя.

Дверь открылась и старуха, тяжело дыша и кряхтя, влезла на пассажирское сидение в кабину. Пахнуло костром, лесом и травами. Теперь Володя смог разглядеть старуху как следует. На вид ей было около семидесяти, зеленый платок с васильками на голове, из-под которого пучками торчали пепельные волосы. Морщинистый глубокий лоб и пронизывающий взгляд темных глаз, один из которых был словно заволочен тонкой пленкой, то ли уже ничего не видел, то ли помутнел от старости или из-за болезни. Старуха скривила рот в какой-то странной улыбке.
— Спасибо, тебе, добрый человек. Спасибо…
— Да сиди уж! — сказал Володя и, переключив передачу, тронулся с места, вновь наматывая на колеса густой стелющийся по земле туман с озера.

Некоторое время они ехали молча. Володя все думал про машину у обочины, про слова бабки, что это ее машина. Это никак не выходило из его головы. Почему и для чего бабка соврала? Ведь он же видел, кто сидел за рулем автомобиля. Наконец, собравшись духом, Володя все же решил узнать правду.

— Ты б хоть про машину-то не брехала, — сказал он, когда они проехали очередной поворот. — Видел я хозяина этого авто, лысый парень с девахой какой-то. На заправке мне попался. Противный такой.
Бабка задумалась, словно бы думая, что ответить на это разоблачение. Она сидела полу боком к Володе, делая вид, что не поняла, в чем ее подозревают.
— Что? Не взялись тебя подвезти? Да? Оно и понятно — там такой крендель сидел. У него видимо, дела поважнее, чем тебя до деревни отвозить. — Володя усмехнулся, словно стараясь разбавить эту внезапно нахлынувшую тревожность в кабине.
— Да почто ж мне врать? Вот! — бабка достала из корзинки ключи со значком BMW. — Моя эта машина. Уж три года почтись. Езжу я, конечно, не особо. Ну да мне ж не в город на ней мотаться. А про парня лысого — так то поди ж Колька Марков! У него такая ж машина и номер как у меня, вот только буквы у него на номере УВ, а у меня УК. Все и отличия! Нас часто путают! Я могу тебе и документы показать на машину! Показать?
— Не надо мне твоих документов, — отрицательно закивал Володя. — Ну, ничего себе у вас схожесть! Удивительное дело. Еще и с одной деревни. Бывает же так‚ — Володя усмехнулся. После ответа бабки, тревожность как-то сразу ушла, ведь оказалось, что все намного проще, чем он себе надумал в голове. — И давно ты тут караулишь?
— Давно. Часов с 6 вечера.
— Так этот твой Колька тут не проезжал что ли? Он умчался вперед меня с заправки. А там я был как раз около шести.
— Не было никого. Глухо у нас тут. Может на озеро зарулил с какой кралей. Пьяница он. Доездится когда-нибудь до кладбищенской оградки. Меня кстати, Марья Васильевна зовут. Лящихина я. — вдруг представилась старушка.
— Очень приятно. А я Володя, — Фамилию свою он решил не называть. — Что ж ты Марья Васильевна в лесу собирала?
— Знамо что. Ягодки. Тут лужайки такие интересные есть, на них земляника крупная, сладкая! Давай, я тебя угощу?
— Спасибо, — улыбнулся Володя. — Не надо.
— Да нет же, отведай! Вкусные ягодки! — бабка немного стянула платок с корзинки, под которым была полная корзина земляники. Ягоды и в самом деле были очень крупные, словно это была не лесная земляника, а маленькая клубника. Бабка достала небольшой носовой платок из своей синей курточки, зачерпнула горсть ягод и, уложив их на платочек, положила его на приборную панель около руля перед Володей. — Угощайся, милок! Правда, вкусные ягодки!
— Спасибо, Марья Васильевна! — Володя черпанул несколько ягод и сунул их в рот. — На продажу небось набрала? Корзинка-то поди литров на 15 потянет?
— Да нет. Внучкам своим, Их у меня много. Любят они это угощение, а сами добывать не хотят, вот я и хожу, чтобы внуков порадовать.
— Ого? Ну и внуки, бабулю заставляют по лесу мотаться! Нехорошо это! — сказал Володя. — А как название твоей деревни, бабуся?
— Ермилово! Знамо как. Тут уж недалече!
— Что-то я, сколько езжу, не видал ни разу такого названия…
— Так там такой заворот крутой, что и поставить некуда указатель. На поворотах ставили — так постоянно сбивают его. Чуть подальше, так не туда сворачивать начнут. У нас там несколько отвороток. На пастбище, к реке, на сенокос и на самом повороте — в деревню. В итоге администрация района плюнула и перестала ставить. Кому надо, говорят, найдут и так.
— Я-то хоть не проеду мимо?
— Не проедешь, милок. Я тебе скажу, где остановить…
— Договорились! — улыбнулся Володя и закинул еще несколько ягод земляники в рот.

Бабка все с интересом наблюдала, как водитель Камаза уплетает ее угощение и улыбалась при этом так, словно ждала какого-—то эффекта от этого.

— Я ведь, Марья Васильевна, никого не подбираю обычно. Всякие люди попадаются на дорогах, да и тут всякие небылицы ходят про ваш район, мол людей без голов находят? Не слыхала ли чего такого?
— Да как же, слыхала. Только люди то те, плохие были. Хорошим-то ничего не грозит.
— Даже так? — улыбнулся Володя, такой интерпретации слухов он еще не слышал.
— Так. Так. Плохим людям на эту дорогу нельзя ночью. К ним нечисть всякая сразу прилипает, и не проехать им туг безнаказанно. Источники у нас тут святые повсюду, места намоленые, вот и страдают они за свои деяния.
— А головы-то кто ж им отрезает? Тоже нечистая? Тут поди ж мясник у вас какой завелся, не иначе.
— Головы их злой сущностью наполнены, вот и забирает их нечисть, чтобы силы свои поддерживать.
— Много ты знаешь, Марья Васильевна! Говоришь так, будто бы знакома с этим «головорезом». — улыбнулся Володя. — Только вот не соглашусь я с тобой, что только плохим достается. Мать с дочкой в чем провинились? Почти месяц назад их нашли… Слышал я про них. Соседи у друга моего с Щипачихи.
— Ну, видимо запятнал их кто перед дорогой. Черная сущность, она знаешь, как долго выходит из телесного обличия. Вот заденет тебя за руку злой человек, а ты еще часов шесть с этой заразой бродишь, которая провоцирует тебя на нехороший поступок. Поддашься, завладеет тобой сущность, а нет — погибнет в тебе. Вот только все это время с тобой она, и нечисть ее чует, привлекает она ее, будто бы ты и сам злой человек. Вот тут-то тогда и нельзя ночью в лес соваться и самому быть чистым и со злыми людьми не сталкиваться… — тут бабка вгляделась в темноту в окне и, показывая вперед на дорогу корявым пальцем, вдруг крикнула. — Вот! Тут! Приехали — тормози! Здесь моя остановка!

Володя немного даже вздрогнул от этого, так как не ожидал этого вскрика бабки. Он остановил Камаз и вновь обратился к старушке.
— Ну-ну. Складно ты, Марья Васильевна, слагаешь. Откуда ж столько ведаешь?
— Так оттуда и ведаю, — вдруг как-то заговорчески сказала бабушка. — Сама охочусь за такими недобрыми путниками, — она зловеще улыбнулась, глядя на шофера. Глаза ее вдруг стали какие-то черные, а кожа серой и сморщенной. Повеяло запахом прелой земли и гнилого мяса. — Вкусна земляничка-то кладбищенская? — бабка страшно засмеялась. Володя посмотрел на платок, на котором лежали ягоды и увидел, что вместо них, ползают черви и опарыши.
Бабка тем временем открыла дверь и громко свистнула в темноту, будто бы зазывая кого-то.
— Эй, касатики! Я вам кушать привезла! — закричала старуха, поворачиваясь к Володе.

В тусклом свете задних фонарей, отражающих дорогу в зеркале заднего вида, Володя вдруг увидел идущие по дороге к его машине человеческие тела в белых одеяниях. Голов у них не было.

На одних инстинктах он, не медля, ударил бабку ногой, выпинывая из машины. Даже не закрывая за ней дверь, мужик переключил передачу. По крыше, по бортам машины, по кузову послышались звонкие удары, словно нечто вцеплялось костяшками в само железо, Одна нога выжила сцепление почти бросая его на полпути, а вторая втопипа педаль газа в пол. Впереди на дороге свет фар осветил бабку, широко расставившую руки.
— Стой, бес! Сам отдайся, иначе весь род прокляну!

Но Володя и не думал останавливаться, наезжая на бабку. Камаз немного подбросило, как на кочке, звуки по крыше и бортам усилились. Володя увидел, как безголовые люди бегут рядом с машиной. Отвлекшись на преследующие его тела, мужчина не заметил, как машина съехала с дороги в какие-то кусты. Пока он что-то успел понять, Камаз уперся в большое дерево. Несколько тварей прыгнуло на подножку кабины стараясь выбить окно. Раздался звон стекла, и холодные пальцы тварей схватили мужчину за горло. Спасло то, что Володя уже включил заднюю передачу и стал выезжать назад на трассу. Ломая кусты и бортами цепляя деревья, безголовых удалось сбить с подножки, но и открытая пассажирская дверь предательски уперлась в дерево и с мясом выдралась под скоростью автомобиля. Камаз выехал на трассу и устремился прочь от проклятого места. Твари по-прежнему преследовали машину. На спидометре было уже больше ста, но с обоих сторон бежали безголовые. Впереди был поворот, в который на такой скорости было не вписаться, Володя сбавил скорость и в тот же момент две твари заскочили через отсутствующую дверь в кабину машины. Костлявые пыльцы рук вцепились в шофера, стараясь оторвать руки от руля и ноги от педалей. Володя почувствовал, как лопнула его кожа под натиском ногтей, пальцы рук непроизвольно отцепились от руля. Мужчина опрокинулся на сидение, еще сильнее вдавливая педаль газа в пол, уже пронизанными ногтями, ноги. Безголовые залезли на него сверху, одна из тварей вцепилась в волосы, словно пыталась их оторвать от шеи вместе с головой. Машина с ревом съехала с трассы в лес, ломая кусты и молодую иву. В глазах блеснула гладь воды, в которую с шумом, брызгами и треском врезалась кабина старенького красного Камаза. В этот же момент Володя обо что-то сильно ударился, лобовое стекло вылетело в воду вместе с тварями, оседлавшими его. От удара сознание шофера покинуло его…

*****

Очнулся Володя на заднем сидении в чьей-то легковой машине. За окном было утро. Впереди на пассажирском сидении сидел какой-то толстый мужик, по звуку рации и его форме Володя понял, что находится в полицейской машине. Полицейский что-то заполнял ручкой и сопел от усердия. Голова у Володи ужасно болела, а тело изнывало от множественных ран, но руки-ноги вроде были целые. Он медленно сел и выглянул в окно. Там, за грязным стеклом полицейского уазика, здоровый лесовоз пыхтел и коптил, вытаскивая его старенький, покореженный Камаз из реки.

— О! Очнулся, везунчик? — заметил его полицейский. — Ну что? Ты бабку задавил?
— Что? — вдруг не понял Володя.
— Бабку ты задавил? Мы нашли ее тело в семи километрах отсюда. Судя по протектору шин — твоего Камаза дело. Ну, а потом, терзая себя, решил убиться? Так?
— Я нет… там… без голов… — пытался хоть что-то связать Володя.
— Так будем правду говорить или пургу всякую гнать? Видел бабку?
— Нет… Не видел…
— Ну-ну… А корзинка тогда чья? С земляникой? — полицейский указал на бабкину корзинку, стоящую на полу позади его сидения. В это время Володя вдруг понял, что на него пытаются повесить. А что если эта бабка была и в самом деле, а он ее задавил? Он ведь ее и правда задавил, «Надо, наверное, сказать, что не видел никого, не заметил, может. И про «безголовых» лучше молчать, а то решат, что сильно стукнулся головой и определят куда не следует…» — думал про себя мужик.
— Моя… — тихо ответил Володя.
— Точно твоя? Твоя корзинка?
— Точно.
— Ну, давай тогда, рассказывай, как там две головы оказались, засыпанные земляникой? Думал не найдем?
— Две голо… что? — Володя посмотрел на корзинку, платок, прикрывавший ее был сдернут, а сквозь ягоды на него уставились стеклянные глаза тех самых водителя Мазды и его подружки, которых он встретил на заправке перед выездом.
— О, господи! Нет… Это не я, это не мое…
— Что не мое? Что ты только что сказал? Твоя корзинка? Или все же бабкина, которую ты задавил?

Володя понимал всю безвыходность ситуации. Он уже не понимал, какую правду ему говорить, что лучше. Он понял, почему эту бабку встретил у той машины, понял кто их убил и обезглавил. Не понял он только одно, что за безголовые его преследовали. Володя закрыл лицо руками и пытался понять, что теперь делать. В его голове проносилась вся его жизнь, жена, дети. Что будет с ними, когда его посадят, что будет с ним самим? В этот момент водительская дверь открылась и на сидение сел еще один полицейский.

— Че, Серега? — обратился он к толстяку и глянул на Володю. — Опять прикалывался над потерпевшим? Травишь байки о сбитой старухе и отрезанные головы?
— Есть чутка, товарищ капитан! — улыбнулся толстяк.
— Ты бы убрал от мужика улики! — он глянул позади себя на корзинку. — Ты, это, мужик, извини, что мы у тебя корзинку позаимствовали. Нашли вот, тут неподалеку, не на пол же класть. Мы потом тебе ее вернем.
— Что? — не понял Володя.
— Корзинку, говорю, вернем! — он указал на корзинку, стоявшую в ногах на полу. — 3начит, слушай сюда. То, что видел ночью сегодня, о том никому! Понял? Камаз твой вытащили, но сам на нем ты доехать не сможешь, поэтому сейчас садишься за руль, и тебя Петрович отбуксирует в поселок, там тебя приведут в порядок и поедешь домой. Про «безголовых» никому ничего не говори — а то упекут. Считай, что повезло тебе, что до речки добрался, тут их граница заканчивается, за нее они не ходят.
— Кто они, вы про что?
— Подвозил бабку ночью? В зеленом платке с васильками?
— Я… это… — Володя не знал, что ответить.
— Короче, бабка эта проклята. Была в этих районах давно деревня. Большая довольно-таки. Ермилово называлась. Жила в ней эта бабка нечистая. Так вот, убедила всех, что головы отрезать надобно умершим, чтобы сущность темную изгонять, а сами головы в реке топить. И ведь поверили ей местные. Целое кладбище выросло безголовое. Да только вот бабка эта никак не помирала, уж за сотню лет пережила, а знай себе, бодра и легка, живее всех живых. Как было 60 лет на вид, так и было. Никак ведьма, не иначе. Да вот выяснилось, что головы она для ритуала своего использовала, чтобы жить вечно. Да прогнали ее с той деревни. А потом стал кто-то у новых покойников могилы разрывать, да тела обезглавливать – сразу все и смекнули чьих рук дело. Подкараулили эту бабку местные мужики, да там же на кладбище и убили. Вот только сжечь ее надобно было, а они похоронили за кладбищем, как проклятуху. А на следующую ночь она пришла в деревню, да целую кучу «безголовых» с собой приволокла с кладбища. Всех тогда в деревне убили. Один лишь ребенок убежать сумел. Не догнали его. Он-то и рассказал про то. Долгие разбирательства были потом, но так ничего и не доказали. Отомстила так ведьма деревенским и упокоилась с детками своими. А сейчас чего опять надобно стало – не можем понять, но все местные сюда не суются по ночам, знают. Мы, сам понимаешь, официально такого предупреждения дать не можем. Начальство отпихивается от нас везде. Грозятся с работы выгнать. Короче – официальная версия, что на тебя напали волки. И мой тебе совет – никому не говори, что ты тут видел.

На том и закончилась эта история, которую мне рассказал дальнобойщик Володя. Я сверялся с картами и местами, что он говорил – все сходится, но вот проверить его слова – смелости что-то не хватает. А уж верить ему или нет – вы уж тут решайте сами…

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , , , | Комментарии к записи Безголовые отключены

Заброшенный морг 2

— Амалия Марковна, что же вы всё мимо да мимо ходите… а вот я к вам по делу.
— Кто вы?
— Павлин Соломонович Малей, аптекарь, владелец той самой аптеки, где вы сейчас проживаете.
— Что вам угодно?.. Я дверь не открою.
— Ну как же… как же… Амалия Марковна, мне вам надо глазные капли передать, те, что вы изволили сегодня заказать, смею заверить, вам не помогут. А меня просили не оставлять вас.
— Кто просил?
— Известная вам особа. Они очень беспокоятся о вашем здоровье. Приоткройте немного дверь, и я вам в щелочку передам.
— Не открою.
После этого аптекарь перешёл к угрозам, а вежливый тон сменил на блатной.
— Открывай Амалия, не дури, маляву тебе притаранил, и ты знаешь от кого…
И дальше всё в таком же роде.

Чугунная дверь, ведущая в тоннели, была в квартире расположена так, что куда бы я ни шла: в ванную, на кухню или в комнаты, всегда надо было проходить мимо неё, этим негодяи и пользовались, они униженно просили, льстили, угрожали, пытались расшатать мою психику, к тому же всё, что говорилось за дверью, было слышно в любом уголке квартиры… Акустика? Считайте как хотите. Аптекаря сменил Поликарп Поликарпович, назвавший себя академиком-живописцем, он уговаривал меня «отбросить стыд, разоблачиться и доверить свою наготу его кисти»… Отвергнутый, стал шептать сальные гадости.
— Амалия, голубушка, преклоняю колени, только губами, одними губами дозволь припасть к естеству…

А однажды я услышала лошадиное ржание.
— Штабс-капитан Караулько. — Отрекомендовались за дверью.
— А вам чего от меня нужно?
— Мадам, смею вам доложить, с рождения был обладателем огромного состояния, от матушки с батюшкой досталось, но чёрт попутал, проиграл всё в карты и теперь вынужден просить у вас финансовой помощи на овёс кобыле. Деньги непременно верну — слово офицера. А то не хотите ли метнём банчок, а, Амалия Марковна?
Штабс-капитан в нетерпении звенел шпорами, кобыла храпела, перебирала ногами, мочилась прямо у дверей и запах конской мочи с какой-то сверхъестественной скоростью распространялся по всем комнатам.

За ним появился аргентинец Родригес, учитель танцев… не знаю как насчёт танцев, но русским матом он владел в совершенстве.
На следующий день я услышала старческое покашливание за дверью.
— Кто там?
— Обер-прокурор Можейко, зовите меня просто Виссарион Христофорович. Амалия Марковна, я к вам с подарочком, вот землянички насобирал, взгляните какие ягодки, одна к одной, душистые, крупные, налитые — сами в рот просятся.
И в тот же миг квартира наполнилась нежным ароматом свежей земляники.
— Не представляю где вы в сыром подвале нашли землянику.
— Ни в коем случае не здесь, исключительно на кладбище! Уверяю вас, самая вкусная земляника на могилах детей и невинно убиенных, доверьтесь моему прокурорскому опыту. И вообще, хочу заметить, я вдов и подыскиваю себе женщину.
— Виссарион Христофорович, давайте начистоту, зачем вам женщина, если вы покойник?..
— Кто вам такое сказал?! Это величайшее заблуждение, вот и вы не верите… А как же журнал входящих и исходящих документов? Мне постоянно спускают циркуляры для исполнения, уже некуда деться от этих бумаг, я имею нужду в большом кабинете, и не отговаривайте меня… сейчас очень маленький, просто не повернёшься.
— Гроб ваш кабинет, Виссарион Христофорович, поэтому и маленький.
— Сударыня не смейте меня постоянно оскорблять, я — обер-прокурор и не потерплю; знаете сколько я преступного элемента в тюрьму упёк?.. Это, скажу я вам, очень вредное и опасное занятие… при моей-то работе постоянно приходится стирать подштанники, а это дело не мужское; и как это без женщины, вот выдумали.
Виссарион Христофорович обиженно засопел носом и загремел за дверью ночным горшком.

После непродолжительного общения, я поняла, что большинство покойников, если не все, не догадываются, что они умерли, а когда им напоминаешь об этом, злятся, угрожают, выходят из себя…
Однажды я просто не выдержала и закричала:
— А чтоб вам всем провалиться!! Пошли вон, идиоты!

В подкрепление своих слов я запустила в дверь тарелкой с кухни, и после того как она разлетелась на куски стало тихо на целых два дня. В дальнейшем я приспособилась бросать в дверь вантуз — иначе так можно переколотить все тарелки — его шпоканья было достаточно, чтобы на время разогнать мертвецов. Но вот одна странность в поведении покойников заставила меня задуматься: кажется чего легче духам пройти сквозь дверь или стену, но вместо этого они униженно просили меня приоткрыть дверь «чуть-чуть», согласиться оставить им щелочку. Почему?.. Не было приказа? Или в загробном мире особый свод законов?
Но как бы там ни было, весь этот потусторонний наезд не проходил даром для моего здоровья, я стала нервной, плохо спала, начала злоупотреблять алкоголем и однажды в пьяном виде чуть не открыла чугунную дверь. А дело было так: я с трудом дождалась отпуска и в первый же день услышала из-за двери детский, совершенно ангельский голосок.
— Мама, мамочка, это я, твоя нерождёная дочка! Я тебя очень люблю и хочу обнять за шейку…

Ещё будучи молодой, я сделала аборт, мы тогда только что поженились, и муж настоял, мол ещё не встали на ноги, не пожили для себя, успеется и т.п. После аборта были осложнения и детей я больше иметь не могла. Всё это враз нахлынуло на меня, и я в слезах достала из шкафчика бутылку коньяка, выпила целый стакан и ринулась на разбор завалов, однако, не довела дело до конца и уснула прямо там на полу, а утром никак не могла вспомнить почему я лежу возле двери одетая в окружении разного хлама и что всё это значит.

Вот как хотите, но тут наверное и дураку придёт в голову, что надо что-то делать: бить во все колокола, сообщить компетентным органам, обратиться в газеты, наконец, пусть придут с приборами, зафиксируют, проверят, в конце концов это же сенсация!.. Ну и естественно просить о помощи. Надо сказать, что в милиции завернули меня прямо с порога: «Гражданка, вас не убили, не ограбили, а разговор с усопшими к делу не пришьёшь, так что к врачу и только к нему».

О, к врачу посылали почти все к кому я обращалась, иногда участливо заглядывали в глаза, вздыхали, гладили мне руку… картина была настолько уныло-однозначной, что когда я наконец вышла на некоего ответственного секретаря комиссии по аномальным явлениям, то прыгала от радости. Ещё бы, самый авторитетный авторитет в этой области, Модест Фёдорович Нельзяев, взялся распутать моё дело. Двухметровый бородач как-то сразу расположил меня к себе, хотя внутренний голос и шептал мне: Амалия не доверяйся первому впечатление, оно может быть ошибочно, но я его не слушала, возможно оттого, что просто других вариантов у меня не было, а утопающий хватается за соломинку.
Под защитой огромного Модеста Фёдоровича, я впервые за долгое время почувствовала себя в квартире не как в осаждённой крепости.

— Жену с сыном на курорт отправил, теперь свободен и опять холост.
Гудел, прихлёбывая кофе с коньяком ответственный секретарь. Мне не интересна была его личная жизнь, к тому же женатые мужчины для меня просто не существуют как мужчины; я всё время возвращала специалиста к своей проблеме.
— Модест Фёдорович, мне очень-очень нужна ваша помощь… Я ведь в этих делах ноль и уже навредила себе сильно.
— Не откажу, не откажу, я никогда не отказываю женщинам. Амалия Марковна, всё сделаю по высшему разряду как в аптеке.
— Нет-нет, не надо про аптеку, я про неё уже слышать не могу…

Модест Фёдорович хохотал, пил коньяк, потом цитировал наизусть Петрарку и Верлена:
Луна на стены налагала пятна
Углом тупым.
Как цифра пять, согнутая обратно,
Вставал над острой крышей чёрный дым…
и т.д.

И наконец, когда было уже совсем поздно, переместился на надувной матрас, который я загодя положила возле чугунной двери. На глаза специалист надел очки-«консервы», в них якобы лучше видны призраки в темноте. Я принесла ему блокнот и карандаш для записей, фонарик и, пожелав удачи, хотела удалиться, но ответственный секретарь неожиданно схватил меня за голую ногу, правда сразу же извинился, заявив, что «в этих очках плохо видит».

Ночью мне снилось как огромный волосатый медведь навалился на меня, давит и даже пытается на мне устроится поудобнее… Я задыхаюсь, хочу его скинуть, но туша слишком тяжела; жёсткая шерсть колет и царапает мне шею и грудь как колючая проволока. Открываю глаза, и сон сразу же переходит в явь: Модест Фёдорович запутался в моей ночной рубашке и никак не может её задрать… Мелькнула мысль: «Амалия доаномалилась…» Я стукнула ладонью его прямо по очкам и выскользнула с перины на пол, и пока подвыпивший секретарь искал меня под ватным одеялом, я смогла убежать в ванную и там закрыться. С внешней стороны дверная ручка отсутствовала, так что он вряд ли смог бы легко попасть туда.

— Шура открой!..
Надо сказать, что он уже несколько раз спьяну называл меня именем своей жены.
— Как вам не стыдно, Модест Фёдорович, ведь вы же женатый человек, у вас дети…
— Да говорю же тебе, жена в санаторий уехала…
Злился аномальщик на мою непонятливость…
— Я вас для чего позвала? Чтобы вы сделали замеры в моей квартире, записали разговоры потусторонних сил и составили план противодействия. И вы обещали.
— Я там магнит оставил…
— Видела я этот магнит на ниточке… мы таким в детстве играли…
— Наука пока ничего лучшего не придумала.

Я вслушиваюсь в его тяжёлое дыхание и понимаю, что препираться с дураком бессмысленно… Раздеваюсь и тщательно осматриваю себя: уж не успел ли этот негодяй довести своё дело до конца пока я спала, но нет, только порвал рубашку и исцарапал шею.

— Убирайтесь из моей квартиры, я больше не хочу ничего о вас слышать!
— Амалия, я вам, я тебе… заплачу.
— Чтооо?! Я — проститутка?!! Модест Фёдорович, вы — мерзавец!

Мне стало до того обидно, что слёзы сами посыпались из глаз. Получается, что ответственный секретарь ничем не лучше персонажей подземелья, те же ухватки, наглость и обман.
Не успел специалист покинуть мою квартиру, как чугунная дверь сразу «ожила», до этого она была подозрительно молчалива. Я услышала хорошо знакомый голос покойного мужа. В душе я уже давно была готова к такому повороту событий и почти не удивилась.

— Ну что, Амалия, хорош ли Модест в кровати?.. Ну расскажи как это было, понравилась ему твоя родинка на спине?.. И не надо меня очернять, посмотри лучше на себя… грязная потаскуха… Отдаёшься первому встречному, а ты справку у него спросила?
— А тебе не всё ли равно, если ты уже давно умер и теперь мне не муж…
— Не мели чепуху, вот возьму и двину тебе сейчас по затылку.
— Ну попробуй…

Совершенно ясно кто дирижировал всем этим хором покойников, и совершенно ясно, что цель была — сломить мою волю, подчинить её себе, но вот вопрос, что будет если я не выдержу и соглашусь, она меня освежует и подвесит на крюк, как того несчастного или и вправду даст власть над мужчинами?.. Только вот нужна ли мне эта власть? Для меня мужчины, боль, предательство, ложь… в одной графе, а любовь, верность и счастье, совсем в другой и убить кого-то, а потом освежевать, чтобы совместить несовместимое — совсем не мой путь!

Учитывая все последние события, я стала сверхосторожной; как-то раз, выходя из дома, меня окликнул молодой человек.
— Вы, Амалия Марковна?
— Я, а с кем…
— Я — корреспондент агентства «Вечерние новости»… говорят, вы с духами общаетесь, не могли бы поподробнее рассказать, как вам удаётся, у нас для этого субботняя колонка зарезервирована… Если удобно мы можем зайти в кафе и выпить кофе.
Наученная горьким опытом, я ответила:
— Ни с кем я не общаюсь… это какая-то ошибка, вас разыграли.
— Не может быть… вы в этом доме живёте?
— Да в этом.
Мужчина почесал в затылке и с завистью сказал:
— Здесь наверное очень дорогие квартиры.
— О, да… квартиры действительно дорогие, а вот духов нет и в помине.
— Значит, вы отрицаете?
— Напрочь. Даже скажу вам больше, духов вообще нет ни здесь, ни в природе, это всё выдумки, а атеисты — самые счастливые люди на Земле. Вот смотрите, если человек, прожив жизнь, так никого и не встретил за все годы, я имею ввиду чёрта или бога, то естественно, он становится атеистом, а как же иначе — глупо верить в то, чего нет. Вы — атеист?
— Разумеется, я — атеист, но некоторые люди верят…
— Да я сама в детстве в Деда Мороза верила. Так что прозрение просто вопрос времени, кстати, у вас есть часы, а то я очень тороплюсь?..
На этом тема была исчерпана.

В последнее время мне стало страшно находиться в своей квартире, несколько раз я ночевала на вокзале, месяц жила у знакомых… домой приходила только, чтобы взять кое-какие вещи и помыться. Но вот настал день… Это был холодный осенний вечер: запотевшее стекло трамвая, редкие прохожие с поднятыми воротниками, пустые фонтаны, заколоченные досками, опавшие листья на газонах. Я шла по узкой улочке и в сотый раз думала как жить дальше… в какой-то момент мне захотелось тепла и уюта, и я решила зайти в своё любимое кафе «Под аркой», чтобы посидеть в полумраке с чашкой горячего кофе на диване, посмотреть на огонь в камине и хоть ненадолго забыть про все свои беды и тут моё внимание привлекла девушка, она одиноко стояла под фонарём прямо у кирпичной стены и играла на скрипке. Я остановилась заворожённая, где-то я уже слышала эту мелодию, действие её было просто магическое, она вызывала мурашки и слёзы. Кажется ещё немного, и я потеряю контроль над собой и разрыдаюсь. Я до боли закусила губу, торопливо бросила в картонную коробку деньги и быстрым шагом углубилась в переулок… ещё пять минут ходьбы, и я была у цели. В кафе почти никого, кроме студента и влюблённой парочки, но не успела я сесть за столик и заказать кофе, как напротив меня села та самая скрипачка. Мои брови недоуменно поползли вверх: ещё бы… столько свободных мест, а эта садится тут. Я взглянула на неё пристальнее и обомлела: в секунду красота и молодость её слетела и передо мной сидела мумия из морга. Череп, обтянутый жёлтой, истлевшей кожей смотрел на меня пустыми глазницами, прямо на шейные позвонки повязан пёстрый шарф. Я вскрикнула, вскочила, опрокинув кресло, и бросилась к выходу, однако, нашла в себе силы оглянуться. На том же самом месте опять сидела девушка, по-детски трогательно прижимая к себе чёрный футляр со скрипкой. Красота её была ошеломительна, а чуть склонённая головка и ускользающе — кроткий взгляд говорили: ну, что ты тянешь время, я ведь всё помню и жду твоего согласия…
Я помчалась по улице в страхе оглядываясь и терзая себя догадками и вопросами, но за мной гнался только ветер. Что она, опять на охоту вышла, свежей крови захотела?.. Нет, надо срочно что-то делать, сменить район и бежать, бежать отсюда подальше, от всех этих моргов, иначе настанет день, когда она придёт ко мне домой… и это уже будет мой конец.

Оставалось одно — продать квартиру к чёртовой матери и как можно быстрее. Надо добавить, что к этому времени с работы меня, после нескольких выговоров, уволили, здоровье расшаталось окончательно, да и денег практически не было, но вот странность: при всём своём великолепии покупатели никак не находились. Я каждый день оббивала пороги агентств, торопила их изо всех сил… В конце концов пришлось согласиться на невыгодную сделку и переехать в обычную серую панелюху на окраину города.

Но это ещё не всё… в последнюю ночь в старой квартире покойники приготовили для меня сюрприз. Я проснулась от неимоверного холода, включила ночничок и обомлела: все стены и потолок были покрыты инеем, а окна морозными узорами, комнатные растения поникли, замёрзла даже вода в кране… хотя на улице и была осень, но стояли ещё довольно теплые ночи и даже отопление не включили. Не понимая в чём дело, я побежала к шкафу за вторым ватным одеялом, а по пути натянула на себя шерстяной свитер и тут из-за чугунной двери послышался жалобный девичий голосок:

— Амалия Марковна, я, Эльвира, прошу, умоляю… помогите! Мы — альпинисты, сорок лет назад нас похоронила лавина на Эвересте, шесть мужчин и я, одна девушка, мы так и лежим под снегом. Теперь они издеваются надо мной, отобрали еду и тёплые вещи. Поймите меня как женщина женщину… мне нужен шарфик, телогрейка, хлебушек и предметы женской гигиены, и ради бога, дайте пилочку для ногтей. Мне всего 21 год, а я такая неухоженная.
— А какого чёрта ты полезла в горы с мужиками… разве ты головой не подумала?
— Володя, мой жених, уговорил, я ему доверилась, а сейчас он руководит моей травлей, отобрал шерстяные носки и книжку «Как не попасть под лавину», и теперь они жгут её и греются, а меня собираются спихнуть в ущелье. И старшой наш, Осёлыч, тоже хорош: что, мол, на неё сухари тратить, балласт она для группы да и только.
— Ну ущелье тебе уже как мёртвому припарка и прокладки, извини Эльвира, ни к чему покойницам.
— Амалия Марковна, в книжке мама спрятала деньги от Володьки, мне на обратную дорогу… И потом, какая я покойница, я же не в могиле, червяк меня не съел, я оттаю и опять оживу. Как вы не понимаете, может меня кто-нибудь ещё замуж возьмёт, я ведь молодая.
— Молодая ты была сорок лет назад.
— Я уже почти вытаяла, ладонь у меня вот посмотрите, сегодня на солнышке даже загорела…
— Ох уж эти бабы… нам бы только замуж, хоть с того света… ты всё ещё веришь мужчинам, как глупо… А деньги не жалей, никуда на них не доедешь — в стране теперь другие деньги. Да и ты — окоченелый труп.
— Нет-нет… что вы, зачем вы так… зачем… я обязательно оживу, мне бы только согреться и горяченького поесть… ну а мужчины… мужчины везде одинаковы, когда женщина стала человеком, это племя ещё сидело с обезьянами на ветках.

Потом я услышала как девушка простужено кашляет, сморкается и шаркает ногами в своих шипованых альпинистских ботинках. Я даже представила как эти ботинки высекают сейчас в подвале искры из каменного пола. Наконец меня прорвало:
— Вот что Эльвира, катись-ка ты обратно в свою снежную могилу, ты свою девичью жизнь бездарно профукала и не мешай теперь жить мне, а женихов надо выбирать осмотрительно, впрочем тебе этот совет уже не нужен.

За дверью стало тихо и сразу же потеплело в квартире, а от растаявшего инея на полу и подоконнике остались большие холодные лужи. Только вот я ещё долго не могла прийти в себя.

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи Заброшенный морг 2 отключены

Трупоед

Мне позвонили вечером из сельсовета и сказали, что моя бабушка, Анастасия Геннадьевна Призабокова умерла вчера от сердечного приступа и что мне нужно явиться в деревню завтра, если я желаю присутствовать на похоронах. На следующее же утро я сел на поезд и поехал.

В голове во время поездки всплывали воспоминания о деревне. Последний раз я туда ездил на бабушкин юбилей, к восьмидесятилетию, было это восемь лет назад. О бабушке мало что помню. Даже обидно стало за это. Еду хоронить человека, который заботился обо мне после смерти моих родителей, а вспомнить о нем нечего. Помимо воспоминаний о бабушке, в голову пришла одна история, которая плотно ассоциируется у меня с деревней.

Произошло это много лет тому назад. Я тогда маленький совсем был. Пропал мальчишка моего возраста. Его искали недели, а потом его труп нашли недалеко от кладбища. Труп истерзанный, будто зверь какой хищный обглодал паренька. С тех самых пор пошло у нас поверье такое, что если гулять по деревне после одиннадцати, то схватит тебя оборотень и съест. Бабушка строго настрого запрещала гулять вечером до позднего часа.

Похороны бабушки прошли по всем обычаям. Деревня у нас небольшая, все друг друга знают, поэтому попрощаться к ней пришли многие. После похорон я направился в бабушкину избу. До позднего вечера смотрел телевизор. Залипал в ноутбук. Ближе к полуночи я спохватился. Нигде в избе не мог найти свой телефон. Посмотрел во всех местах, где мог его оставить. Даже в деревянный толчок заглянул. Ну и ну… Не ужели на кладбище выпал? Залез в старый дедовский ящик, деда уже лет пятнадцать нет в живых. Достал оттуда старую керосиновую лампу, ничего современнее найти не удалось. И отправился на кладбище.

На часах была полночь. Пройдя метров пятьсот от деревни, дошел до кладбища. Я по натуре своей не трусливый и не суеверный. Но войдя в кладбищенскую калитку, почувствовал внутреннюю тревогу. Зажег лампу и направился к могиле бабушки. Не доходя до могилы метров сто, нашел свой телефон, аккуратно лежащим посреди тропинки. На этом моменте мне следовало развернуться, поругать себя за рассеянность и направиться обратно в избу. Но сделал то, за что себя корю по сей день. Я решил пройтись через кладбище насквозь.

Пройдя пятьдесят метров, я замер. Кто-то возился в могиле бабушки. В голове первая мысль — мародер. Ну, думаю, подойду к хулигану и тресну по башке, будет знать как в могилах рыться. Быстрым шагом сокращаю дистанцию. Дошел до калитки и застыл. По спине, словно молния, пробежала дрожь. Ноги подкосились, едва держа меня в вертикальном положении. То, что я увидел, не было похоже ни на мародера, ни на человека вовсе. Я смотрел на это со спины и боялся издать звука. Худое, измученное ссадинами, открытыми ранами, тело. Конечности невероятно худые и длинные. Оно сидело у раскопанной могилы и ело… Ело труп моей бабушки. Запах от этого действа ударил мне в нос. Я едва сдерживался, чтобы не потерять сознания.

Я продолжал стоять и смотреть. Страх свел мне ноги. Не знаю сколько я так простоял, но в конце концов оно наелось, сбросило останки моей бабушки обратно в могилу и замерло. Видимо, краем зрения заметив, что я стою всего в пяти метрах и наблюдаю за ним. Оно медленно развернулось. Тусклым светом керосиновая лампа осветила его изуродованное лицо. Черные точки вместо глаз, впалые скулы, рот полный маленьких острых зубов. Я быстро развернулся и побежал, что есть силы, побежал до второго выхода с кладбища. Оно меня не преследовало.

Я бежал до избы в обход, через соседнюю деревню, избегая кладбища. Закрыл двор на засов, вбежал в дом. Закрыл дверь на все возможные замки и цепочки. До утра просидел на кровати, пытаясь понять, что это такое я видел.

Утром в дверь постучали. Я долго прислушивался к тому, кто за ней находится. Открыл, на пороге стоял пожилой сосед. Пригласил его в дом. Он сразу заметил, что со мной, что-то не так. Я рассказал ему, что был сегодня ночью на кладбище. Глаза его моментально округлились. Он поведал мне историю. Мол, давным-давно забрались пьяные хулиганы ночью на кладбище и раскопали могилу парня похороненного днем ранее. Их поймали на следующий день, но наказания они не получили, так как вся деревня заступилась за них, мол, молодые ребята, не понимали что творили. После этого его (парня) мать-старуха наложила древнее проклятье на всю нашу деревню. И теперь каждый день, в полночь, кладбище посещает зверь и утоляет свой голод. В деревне его прозвали трупоедом. Наверное, я остался в живых лишь потому, что оно насытилось трупом моей бабушки.

Утром того же дня я уехал и навсегда забыл про эту деревню. Теперь я не могу посещать кладбища в одиночку. И панически боюсь гулять по ночам. Остаток моих дней меня будут мучить кошмары. Ночью дома в темноте мне мерещиться худое лицо с темными точками вместо глаз…

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи Трупоед отключены

Чёртова низина

Недалеко от моей дачи есть местечко, которое местные старожилы прозвали чёртовой низиной.
Все, кто в эту низину спускались, либо сходил с ума, иль вовсе пропадал без вести.
Я как ярый скептик, в эту чушь не верил и решил доказать, что чертовщина — ни что иное как выдумка местной алкашни.
Но порой и скептицизм можно развеять фактами.
Одним сухим майским утром я пошел за водой на родник.
Дорога шла близь низины и, замедлив шаг, я остановился осмотреть объект проклятий местных жителей.
К моему взору открылась заболоченная местность, покрытая густым туманом.
Я уж было решил пойти дальше, но любопытство взяло верх над рассудком.
Засунув штанины в сапоги, я стал спускаться вниз.
Подходя к болоту, мне стало некомфортно находится рядом с ним.
Встав вплотную к топи, я заметил тропинку из кочек. Не веря в байки старых алкашей, я решил продолжить свое движение вглубь тумана. Сделав из прутика щуп, я стал идти вперёд, проверяя глубину при помощи ветки.

Резко похолодало.
Я накинул капюшон и застегнул маскхалат.
Становилось темно, я достал телефон и включил на нем вспышку.
От вспышки толку было ноль, поскольку туман являлся проводником так называемого мягкого света.
Я достал из кармана старый добрый фонарь с катушкой.
Даже забыл, что он постоянно у меня в камуфляже лежит. Покрутив катушку я включил фонарик.
Свет бил вперед на метра 2 не больше. Пройдя метров 30 я вышел на поляну. Растительность на ней отсутствовала, вместо травы поляна была усеяна ветками, шишками и сосновыми иголками.
Поблизости деревьев не имелось, даже не представляю насколько меня озадачил этот факт.
Пройдя чуть дальше я наступил на ровную поверхность.
Я наклонился и стал расчищать поверхность от иголок и веток.
— Люк. В лесу. На болоте. Бункер, по любому! — сказал я протирая дверцу от грязи.
Являясь фанатом истории и любителем таких вещей я решил его открыть.
Я посветил на него фонарем и ухватившись за вентиль стал его крутить.
На удивление люк поддался с легкостью.
Внизу было светло, меня это насторожило, но попа так и жаждала приключений.
Я спустился вниз, осмотревшись я увидел коридор по стенам, которого шли кабеля и лампы аварийки.
Бункер явно был построен задолго перестройки.
Я двинулся вперед по коридору, стены были обшарпаны, а с потолка сквозь щели капала вода.
Звук падения капель придавал жуткую атмосферу.
Свет начал мигать.
Я как настоящий поклонник ужасов знал, что это добром не закончится.
Оперевшись о стену я стал идти назад к люку как вдруг мое тело выпрямилось и повернулось в противоположную к люку сторону.
Я шел не по своей воле, мной что-то управляло.
Я пытался остановиться, но чем сильнее я сопротивлялся, тем быстрее прибавлял темп ходьбы.
Я подошел к железной двери, рука сама ухватилась за вентиль и стала открывать дверь.
Распахнув дверь отсека я вошёл внутрь.
В нос ударил смрадный запах, запах гниения, запах смерти.
Комнату залило светом, я пытался зажмуриться, но тело не позволило этого сделать.
От увиденного я хотел закричать.
Посреди отсека стоял длинный стол, а за столом на стульях сидели люди. Вернее их тела. Некоторые из них истлели до скелета, остальные были сгнившими, усохшими и застывшими в крике телами.
Я подошел к столу и отодвинул свободный стул.
Затем я поклонился покойникам и сел за стол.
В мыслях творился хаос, я не мог контролировать тело.
Но внезапно тревога исчезла, на душе стало спокойно.
Я услышал голос у себя в голове.
Он говорил, что все хорошо, что он научит меня терпеть боль и страдания, что теперь я не один.
Меня убаюкивал этот голос.
Я смотрел на стол и не о чем не думал.
Время для меня как будто остановилось.
Мой покой нарушил звук наручных часов.
Будильник.
Первый раз я был рад будильнику.
Контроль над моим телом пропал.
Я вскочил со стула и побежал к выходу.
Мне показалось, что мертвецы повернули головы на меня и оскалились.
Набегу я подобрал с пола лежавший кусок железного прута и побежал к выходу.
Выбравшись на поверхность я пошел в сторону болота.
Подойдя к тропинке я почувствовал как кто-то положил мне руку на плечо.
Обернувшись и закричал позади меня стояло трое мертвецов.
Они что-то говорили и тот, что меня схватил за плечо попробовал отнять прут.
Я оттолкнул его и воткнул прут в горло остальных двоих я убил пробив им черепа.
Я побежал по тропинке пока не вышел с тумана, ну а дальше вы сами знаете.
— Хм, Интересно, а вы сейчас слышите тот голос?
— Ну что вы доктор, я же вам говорил, я теперь свободен от этого голоса.
— Хм, что ж, я вас понял.
— Конвой! Уведите задержанного.
— Доктор, отпустите меня, я здоров!
— Конечно вы здоровы, мы просто хотим вам помочь.
Смотря как увели задержанного врач-психиатр Челпанов делал запись в истории болезни. Пациент не осознает факт убийства трех местных жителей отправившихся на его поиски.
Вердикт: Пациент невменяем, ходатайствую о продолжении лечения.
Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи Чёртова низина отключены

Мы уже в аду?

Поезд остановился на станции метрополитена. Из вагонов начали выходить люди с уставшими лицами. Все они побрели в сторону выхода с метро.
Павел зашел в почти пустой вагон и решил не присаживаться. Потому что ехать всего-то две остановки, а если присядешь, то можно и уснуть.
Наследующей остановки все пассажиры, кроме Павла, вышли. Он глянул на наручные часы, которые показывали одиннадцать вечера. Как же поздно и как я устал, — подумал он про себя.
Двери закрылись и поезд тронулся. До следующей станции оставалось ехать буквально две минуты.
Внезапно в вагоне выключилось освещение. Павел даже подумал, что может он просто закрыл глаза и уснул.
Подсветив мобильным телефоном, вагон он понял, что не спит.
— Какого хрена? – вслух выкрикнул он.
Поезд проехал его станцию и, кажется, не собирался сбавлять скорости.

Павел в недоумение, но не теряя контроля, пошел в кабину машиниста. Благо, идти было недалеко, потому что он сел во второй вагон. Открыв дверь в кабину, Павел спросил: «Извините, но почему вы проехали остановку?»
Машинист сидел неподвижно и ничего не ответил. Тогда Павел кашлянул, пытаясь обратить на себя внимание, и еще раз задал тот же самый вопрос.
В ответ снова последовала – тишина.
Павел начал сердится и похлопал машиниста по плечу.
– Вы что спите?
Голова машиниста медленно начала поворачиваться. Вот она уже на уровне плеча человека… И не прекращает движение… Голова повернулась на 360 градусов и замерла. Открылись глаза. Одежда вспыхнула.
— Твоя остановка Ад. — Громко и чётко произнес машинист, не открывая рта и даже не шевеля губами.
Павел заморгал глазами, не понимая что происходит. Наверное, я все же уснул, — снова подумал он. И раз это сон, то бояться не чего.
— И почему именно мне выпала такая честь. Поехать в Ад?
— Тихо! — Огонь, покрывающий тело вспыхнул еще больше. Обдав Павла жаром. — Вопросы здесь задаю только я, — злобно ответил машинист.
— Всё. Мне это надоело. Пора просыпаться, — сказал Павел и ущипнул себя за щеку. И закрыл глаза.
Павел открыл глаза от того что кто-то его теребил за руку.
— Молодой человек, молодой человек, — взволновано полу криком говорила женщина.
— А-а-а, м-м-м, — нечленораздельно что-то проговорил Павел, держась одной рукой за голову, а другой помогал себе встать.
— Вы потеряли сознание и упали. У вас кровь на затылке. Вам надо в больницу. Вы сможете сами встать? — еще более взволновано поинтересовалась неизвестная.
— Мы уже в аду, — спросил парень с окровавленной головой и снова потерял сознание.

*****

Михаил спрятал в сумку журнал с названием «Невероятная мистика».
— Какую же ерунду пишут в этих журналах, — пробубнил он сам себе. Встал с сидения взялся за поручень и приготовился к выходу на следующей станции.
Вдруг в вагоне потух свет…

P.S. Я использовал историю пользователя «Wearwolf» — «Метро».

Рубрика: Необъяснимое | Метки: | Комментарии к записи Мы уже в аду? отключены

1000 причин стать убийцей / Групповое изнашивание

(Суббота)
— Андрей. Подойди, посмотри, что тебе бабушка передала, — прокричала мама тринадцатилетнего мальчика, стоя на кухне и разглядывая старые наручные часы.
Опять, наверное, какой-то свитер с оленями или вязаные носки подумал Андрей, поднимаясь с кровати. Тем не менее, через пару секунд он уже стоял на кухне и разглядывал часы.
— Мам, но они же совсем старые и потрёпанные. Меня в школе засмеют одноклассники.
— Андрюш, это трофейные позолоченные часы. Их носил твой дед, а до него носил его отец. Им цены нет. Они пережили первую и вторую мировую войну. А ремешок мы поменяем. И все будут тебе наоборот завидовать.
— Ого. Это же им уже лет семьдесят, а то и больше. И они до сих пор работают мам?
— Постукивают стрелками как человеческое сердце секунда в секунду, — ответила мама. Затем добавила: завтра отнесу их часовщику, чтобы он поменял ремешок. А теперь иди спать.
Ночью Андрею снился непонятный сон. Какая-то старая вся в грязи бабушка лежала на земле возле полуразваленной избы сжимала в руке часы и кричала:
— Я проклинаю эти часы. Когда их оденет сын твоего сына, он начнет стареть. Каждый час сна будет равен семи годам жизни. Каждый божий час. Снять проклятие можно только кровью. Сын должен убить отца…
Потом мужчина сильно похожий на папу Андрея вытащил из-за пазухи нож и ударил старушку в грудь. Забрал с руки часы и положив их в карман, побежал куда-то за избу, которая в этот момент уже горела. А вокруг раздавались крики, звуки стрельбы и грохот танков.

(Воскресение)
Проснувшись утром, Андрей слабо помнил сон. Запомнилось только то, что снились часы. Посмотрев на тумбочку, он увидел те самые часы. Только с новым блестящим ремешком. А рядом записка.
Из записки: «Завтрак на столе. Ушла на работу. Приберись в квартире. Целую. Мама».
Поднявшись с кровати, мальчик быстро одел часы и моментально вспомнил ночной кошмар.
Будучи уже довольно взрослым Андрей не придал значения дурному сну. И спокойно провел воскресение. Играл в компьютер. Убирал в квартире. И мечтал, как завтра удивит всех одноклассников своей обновкой. Вечером собрал портфель и лег спать, не дожидаясь родителей, которые работали до позднего времени.

*****

Машина Олега остановилась возле цветочного магазина. Из магазина выбежала его жена и быстро запрыгнула в салон.
— Привет, дорогая, — улыбаясь и глядя на девушку, сказал Олег.
— Привет, любимый. Ты не поверишь, что твоя мама подарила Андрею, — возбужденно, будто что-то случилась, пролепетала в ответ жена.
— Давай не томи, рассказывай, — заводя двигатель, попросил муж.
— Она подарила ему старые часы. Да еще и позолоченные. Представляешь?
Олег раскрыл рот и заглушил мотор.
— Повтори. Что ты сказала? Ты сказала часы? – Голос мужчины странно изменился, в нем появились дребезжащие нотки страха.
— Часы. А что тут такого? — смотря удивлёнными глазами, спросила девушка.
Быстрым движением руки Олег снова завел машину и вдавил педаль газа в пол. Мча на всей скорости, он с трудом в ходил в повороты, чтобы машина не перевернулась.
— Они прокляты. Прокляты. Прокляты. Кричал мужчина. Когда ты их ему дала? Когда? Кричал Олег, продолжая мчать на огромной скорости домой, невзирая на пешеходов и светофоры. Благо было уже поздно и все спали по домам.
— Олег, что за чушь ты говоришь, какое еще проклятие — взволновано пытаясь застегнуть ремень безопасности, спросила жена.
— Когда, когда ты их ему дала? — снова заорал мужчина.
— Я дала ему их сегодня утром!
Олег достал телефон и посмотрел на время.
— Семь лет равно один час сна. У нас еще есть время. Сейчас ему получается тринадцать плюс четыре умножить на семь. Двадцать восемь плюс тринадцать. Сорок один год.
— Олег успокойся, объясни нормально, что происходит, — попросила жена, проронив пару слезинок, которые внезапно накатились на глаза.
— Некогда объяснять. Если Андрей не убьет меня, то утром он проснется столетним дедом. Если вообще проснется.
— Олег, ты сошел с ума, останови машину, — начиная впадать в истерику, заорала девушка.

(Понедельник)
Утром Андрей с трудом встал с кровати и побрел в ванную комнату. В зеркале он увидел свое отражение и ужаснулся.
Глаза, опухшие от слез. Какие-то кровоподтёки на лбу. Голова дергается, а руки трясутся.
В ванную зашла мама.
— Андрей, как ты?
— Мам, что вчера было?
— Кошмары, сынок, опять кошмары.
— Мам, а где папа? И почему я так выгляжу?
— Папа в твоей комнате.
Андрей зашел в свою комнату. На полу лежало изувеченное тело его отца.
— А-а-а, — закричал мальчик и посмотрел на свои наручные часы, подаренные любимой бабушкой.

*****

Екатерина Ивановна проснулась. Я тебя поняла мама, — сказала она вслух. Надеюсь, что именно так все и случится, как ты рассказала мне во сне.
Женщина понесла трофейные часы своего недавно умершего мужа на почту и отправила, указав адрес внука.
Вернулась домой. Открыла старинный альбом. На черно-белом фото была запечатлена очень старая женщина возле такой же старой полуразваленной избы. Рядом стоял седой старик на его руке красовались часы.
Через два дня после того как сделали эту фотографию женщину и старика убил молодой парень и украл часы. Все это видела и слышала их внучка — Катя. Она пряталась в избе и смотрела в маленькую щелочку с заплаканным личиком.
Спустя много лет Катя нашла убийцу и вышла за него замуж. И у них родился сын, которого они назвали Олег. А потом у и Олега родился сын, которого назвали Андрей.

P.S. Для тех кто читает мои истории: Это новый цикл под названием «1000 причин стать убийцей». Как из названия видно, истории будут как обычно про убийства, убийц, маньяков, шизофреников, параноиков и так далее.
Эти истории очень маленькие по объёму. И возможно, темы избитые временем и порядком надоевшие. Но я максимально стараюсь внести в них, как я люблю называть, «изюминку».

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи 1000 причин стать убийцей / Групповое изнашивание отключены

1000 причин стать убийцей / Не убивайте зомби

— Зомби! — Заорал коротко стриженый парень. Схватил топор и помчался вперед на мертвеца.
— Стой! Их там много. Ты сам не справишься! Второй парень подхватил кувалду и поспешил на помощь к другу.
Два лучших друга, которым сегодня обоим исполнилось по восемнадцать лет, стояли спина к спине, держа в руках инструмент.
Ходячие трупы смотрели на них своими безжизненными глазами.
— Эрик. Что произошло? Зомби — это же выдумка. Их не может существовать.
— Дилан. Я не знаю что произошло. Но один из них идет, прям на нас.
Началось массовое побоище. Два отважных парня рубили мертвецов не жалея сил. Кровь хлыстала во все стороны. Отрубленные головы зомби летели, падая на землю.
Друзья уже дошли до входной двери, которая ввела в здание. Времени прочитать, что находится в этом помещение – не было. Потому что внутри любителей мозгов было в три раза больше чем снаружи.

— Ахаха, — Эрик они бояться нас. Они убегают, — кричал Дилан, размахивая топором, то и дело, отсекая головы.
— Не отвлекайся. Если один из них тебя укусит, ты тоже превратишься в зомби, — расплющив очередное трупное тело, ответил Эрик.
Зомби отступали. Последние выжившие заперлись в комнате и пытались вести себя как можно тише.
— Эрик, тут закрытая дверь, что делать?
— У тебя же кувалда. Разнеси ее… Хотя, стой! Слышишь?
— Да слышу, они скрываются как раз за этой дверью.
— Да нет, не это. Слышишь вой сирены? Это полиция. Они нам помогут!
— Они заберут всю нашу славу и скажут, что это они истребили всех зомби и остановили апокалипсис, — закричал Дилан и вышиб дверь кувалдой.
Кучка зомби прижалась к стене и тряслась от страха. Дилан хотел размахнуться и добить, но его отвлекли звуки выстрелов. Повернувшись, он увидел, как его друг Эрик падает замертво.
— Брось кувалду! Я кому говорю, брось кувалду, — кричал человек в полицейской форме, держа на мушке парня.
Дилан пристально посмотрел на полицейского.
– Вот ты причина апокалипсиса. Верховный зомби. И бросился с кувалдой на вершителя закона.
Раздался выстрел.

*****

Из новостей:
Сегодня утром два молодых человека напали на дом престарелых и жестоко убили двадцать пять человек. Свидетели заявляют, что оба парня явно были под воздействием наркотиков. Они кричали про апокалипсис и нападение зомби.
Оба преступника были застрелены на месте.
— Какую чушь рассказывают по этому телевизору, — молодой парень выключил телевизор достал с кармана таблетки. Заглотнул две и запил рядом стоявшей банкой с пивом.
Затем прошел к входной двери открыл ее, а там: на панихиду к жертвам утренней бойни медленно по дороге идут сотни зомби.

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , , | Комментарии к записи 1000 причин стать убийцей / Не убивайте зомби отключены

1000 причин стать убийцей / Живой потому что мёртвый

— Сюда! Быстрее! Живой! Парнишка живой, — кричал полицейский.
Медики быстро перебежали из комнаты, где находилось два изуродованных тела, в детскую комнату.
Полицейский держал на руках мальчика лет десяти. Из груди там, где находится сердце, торчал нож. У мальчика были открыты глаза, из которых текли слёзы.
— Невероятно, — воскликнули одновременно два врача. — Быстро несите его в машину, — снова вместе скомандовали люди в белых халатах.
Мальчика увезли в больницу. С ним поехал один из врачей и тот самый полицейский, который отнес беднягу в машину скорой помощи. Остальные продолжили осматривать место преступления.
— Три трупа. Два взрослых. И одна девочка подросток, — закончив осмотр, сказал один из полицейских.
— Вы забыли про мальчика, который, к сожалению, не сможет выжить. И вообще, непонятно как он еще дышит… Удар ножом в сердце… Невероятно, — закончил врач.
— Да, доктор. Вы правы. Четыре трупа. Неизвестный вырезал всю семью. И с первого взгляда ничего не похитил. Тут явно прочитывается мотив – месть.

На следующий день:
— Как тебя зовут?
— Никита, — слабым голосом ответил мальчик.
— Ты помнишь, что вчера произошло? – задал следующий вопрос полицейский.
Мальчик отрицательно покачал головой.
— Я спал. Проснулся от того что что-то кольнуло в грудь.
— Ты видел кого-то?
Снова отрицательное покачивание головой.
— Хорошо, Никита, отдыхай. Если что-то захочешь сказать, то зови доктора и все ему расскажи.
Мальчик снова кивнул, но на этот раз утвердительно.

Полицейский вышел с палаты и наткнулся на того самого доктора о котором говорил Никите.
— Невероятно. Просто невероятно. Это вопиющий случай. У мальчика сердце находится с другой стороны, — закончил врач и только тогда заметил, что говорил в стену.
Полицейский уже выходил из больницы. Он жаждал правосудия. Он обязательно найдет убийцу. Потому что это уже вторая убитая семья за месяц.

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи 1000 причин стать убийцей / Живой потому что мёртвый отключены

Ифраим

Жил-был старенький, но добрый вампир по имени Ифраим. Он был настолько старенький, что уж не мог пить людскую кровь, а пил вместо этого морковный сок. «А что? — говорил он сам себе, — тоже красненький и вкусный, а главное полезный!»
Пить сок, называлось у него — чайком побаловаться. И так бы он и жил в отдалении от всех близлежащих деревушек в своем стареньком уже разваливающемся особняке, если бы однажды в дом к нему не постучали.
«Кто бы это мог быть? Да еще и ночью?» — подумал про себя Ифраим, и спустился вниз, чтобы отворить дверь.
На улице шел дождь, и чье-то очертание у застекленной двери ютилось и прижималось ближе к дому в надежде спрятаться под навес над крыльцом, который был весь в дырах от старости.
Открыв дверь, Ифраим увидел девушку. Немного курносая, с родинкой над верхней губой, она была так мила, что невольно Ифраим даже испугался от внезапно нахлынувших на него чувств. Девушка была в одном зеленом ситцевом платье с голубыми васильками, промокшем насквозь. Черные сырые длинные волосы, как тряпки, расстелились по ее хрупким плечам. Она стояла, опустив глаза вниз, будто б виновата в чем-то, в руках у девушки была корзинка с ягодами земляники.

— Здравствуйте… — промолвила она чудным тоненьким голоском… — Я собирала ягоды в лесу, и вот заблудилась… А тут еще дождь…
— Проходи, — милостиво произнес Ифраим и пригласил столь внезапную гостью войти внутрь.
— Спасибо, — прошептала девушка и вошла в дом. — Мне б только дождь переждать, а там…
— Да не волнуйся, — перебил ее хозяин. — Переночуешь, а завтра с утра пойдешь домой. А кстати, откуда ты?
— Из Малиновки.
— Малиновки? А разве там кто-то еще живет? Я думал, эта деревня заброшена.
— Нет. Так было еще 3 года назад, а сейчас там полно народу… Дачники летом приезжают. Странно только, что вы об этом не знаете…
— Я мало куда хожу. А ты что, не знаешь кто я такой?
— Знаю, конечно. Вампир Ифраим.
— И тебя это не пугает? Ну… то, что я вампир?
— Нет. А с чего бы? Что в этом такого удивительного?
— Ну… я это … как его… могу ж и кровь у тебя выпить… — растерялся Ифраим. Ему стало даже как-то неловко, что в современном мире вампиром уже никого не удивишь. Люди обнаглели в край, или же вампиры стали вегетарианцами?
— И что? Жалко что ли мне крови-то… чуть-чуть? Нет. Пейте, если надо. Но только не всю конечно… — засмеялась девушка.
— Правда? — обрадовался вампир. Ему показалось, что это же так хорошо, когда не надо никого ловить, давить и мучить. Не надо караулить, залезать через окна, тем более в таком возрасте, не надо таиться и сбегать после проделанного. От этих мыслей вдруг на душе его стало как-то особенно сладко. — И то верно. Мне ведь много и не надо! Чуть-чуть только. Самую малость. Стакан, не больше…
— Ну, от стакана от меня не убудет, — согласилась девушка.
— И я так думаю… А то знаешь, как этот морковный сок надоел. Ужас просто…
— Сок? — рассмеялась девушка, — Ну вы даете!!! Что ж у нас людей в округе мало?
— Да стар я просто… э-э-э.. кстати… А как тебя зовут? — вдруг спросил Ифраим, ему вдруг стало так неудобно, что он до сих пор не узнал ее имя раньше.
— Даша, — улыбнулась она.
— А я Иф… Ну да ты знаешь! — улыбнулся он ей в ответ.
— Очень приятно познакомиться.
— И мне, — вдруг застеснялся Ифраим.
Они посмотрели друг на другу, и вдруг он заметил, что совсем не предложил сырой гостье одежды и горячего чая.
— Ах да! Что ж я балбес старый гостя-то в холоде держу. Сейчас я принесу тебе сухую одежду и горячего чая.
— Ох, — улыбнулась она, — была бы очень признательна.
Вампир быстро пробежался по комнатам, нашел какое-то платье одной своей давней любовницы, вскипятил воды и вдруг обнаружил, что для приемлемой людской пищи в доме разве только питьевая вода. Не растерявшись, он нарвал во дворе душицы, заварил, нашел даже немного меду в доме, подсластил… Принес девушке. Даша, абсолютно не стесняясь вампира, переоделась, жадно схватила кружку с чаем и припала губами к ней. Минуту спустя, почувствовав теплоту и уют, она начала разговор:
— А Вы знаете, что про Вас говорят в округе?
— И что же? — заинтересовался Ифраим.
— Что вы старый, что Вы уже не можете охотиться и пить людскую кровь, и Вас бояться уже совсем не стоит, так как клыки у Вас уже давно сточились, а один даже говорят… выпал. – на последнем слове девушка сделала какой-то особенно насмешливый акцент.
— Ну что ж, — задумался вампир, — Правду говорят. Так и есть… за исключением, конечно, выпавшего клыка. Пока, тьфу-тьфу – все на месте. – он продемонстрировал девушке свою улыбку. — Старею я без крови. Силы покидают, как обычного смертного. И чую, что такими темпами – помру скоро. А так, как я совсем один, и люди в округе погрозились прийти с чесноком да колами по мою душу, если я снова начну губить людей в округе, я уже лет двадцать не пил кровушки-то людской, вот и покидают силы меня.
— А давайте я вам помогу. Чтобы восстановить Вас. Вернуть Вам молодость?!
— Как?
— Вот, — она задрала ворот платья и оголила свою тонкую шею. — Пейте! Только немного…
— Ты в правду хочешь мне помочь?
— Да. Пейте. Не бойтесь… Я готова.
Ифраим нагнулся к шее Даши и попробовал воткнуть свои клыки, но понял, что за все долгое время без крови, его клыки уже не могут вонзиться и проткнуть даже такую молодую кожу.
— Я не могу… То есть, клыки сточились сильно… – он отодвинулся от нее, стыдливо опустив голову, словно у него не получилось исполнить супружеский долг, а не продырявить шею юной особы.
Девушка взяла со стола нож и протянула ему.
— Вот. Сделайте тогда надрез…
— Зачем тебе это? – спросил он ее, принимая нож из ее рук. – Ты не боишься, что после стольких лет, я не смогу вовремя остановиться? Тогда тебя ждет… — Ифраим сам резко прервал свою мысль.
— Нет. Вы приютили меня в дождь. Я знаю, что в душе вы очень хороший чело… вампир. И не обидите меня. Пожалуйста, позвольте и мне отблагодарить вас за ваш приют?

Уже через 5 минут вампир был насытен. Он откинулся в кресле. В голове зашумело. Вот оно — это чувство. Ифраим почувствовал, что силы вновь прилили к телу, и он снова становится молод и горяч.
— Я уже и забыл, как это здорово… Спасибо тебе, Даша.
— Я рада, что смогла Вам помочь, – устало улыбнулась девушка.
Ифраим обратил внимание, что девушка уже буквально засыпала в кресле. Видимо, хождения по лесу в дождь, сборы ягод, ароматный душистый чай, нагоняющий сон, да небольшая потеря крови, делали свое дело. Вампир подошел к ней и еще раз проверил повязку на ее руке, которую он наложил после того, как выпил крови. Резать шею было бы нерационально, заметно, да и больнее. Поэтому надрез был сделан на запястье девушки.
— Ну, вроде все хорошо. Кровь уже почти не бежит… – констатировал он, но Даша уже спала. Вампир накрыл ее пледом, решив не тревожить ее сон.
— Спи, Даша. Спи, красавица. Спасибо тебе… — тихо проговорил Ифраим, целуя девушку в лоб. Он поправил на ней плед, выключил ночник и отправился в свою спальню.
Он не знал, что бледная почти полностью обескровленная девушка уже не проснется. Ведь за столько лет голод, который накопился внутри вампира, наконец, почувствовав родной вкус крови, так и не позволил ему вовремя остановиться. И небольшое прикосновение к вене девушки, которое, как казалось, сделал Ифраим, на самом деле был огромным глотком, почти полностью опустошающим тело от крови…

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи Ифраим отключены

Призрачный лес

Он перешел через мост и сделал несколько шагов вперед. Тут же, словно из ниоткуда, небо заполонили серые облака и стало гораздо темней. Человек обернулся и увидел позади себя лес. А где же мост? – промелькнуло в его голове. Человек достал из кармана рубашки простой черный мобильный телефон, выбрал единственный номер, забитый в телефонной книге и нажал кнопку «Вызов».
— Алло? – услышал он грубый мужской голос в динамике. – Я так понимаю, вы уже за мостом?
— Да… Говорите, что от меня надо?
— Вам всего лишь нужно пройти через этот лес, который сейчас находится прямо перед вами. Он небольшой, с километр длиной. Это должно занять у вас не более 20 минут. Вот и всё, что от вас требуется!
— Всего? И я снова буду свободен?
— Да, будете…
— А что в том лесу?
— Никто не знает, потому что никто не возвращался оттуда… — голос противно хихикнул.

— Там что — ловушки? Что там? Или меня просто убьют там из снайперской винтовки?
— Поймите… Мы никак не причастны к тому, что находится там… Это так называемый «призрачный лес». В этом лесу живут разные духи, призраки и другая нечистая сила, отчего лес и получил такое название. Лес представляет собой кольцо, внутри которого находится что-то, что мы не можем рассмотреть даже с наших спутников, потому что оно всегда закрыто каким-то таинственным туманом или дымом. По словам тех, кто был в центре – это просто поле, заросшее травой с единственной дорогой, проходящей через него и уходящей в лес. Так же мы вынуждены подпитывать лес новыми душами, чтобы всё темное, что находится в нем, не выходило наружу. Именно поэтому мы и предлагаем вам и таким же, как вы, пройти это испытание. Взамен же предлагаем свободу!
— Почему же этот лес просто не сжечь или не вырубить?
— Хотите попробовать? Мы бы не советовали…
— А что не так?
— Все, кто пытался это сделать, становились новыми деревьями леса! Все, кто пытается уничтожить лес – становится частью леса.
— Но вы же знаете, что идти туда — это заведомо смерть? Я не пойду туда! Вы не заставите меня идти туда!
— Это очень дерзко… вот только… вы уже там… — оборвал его надежды голос из трубки телефона. — Лес начинается за тем мостом, который вы уже перешли. И вернуться к нему вы сможете, только если пройдете через лес. Мы не знаем, как это происходит, но если вы пойдете назад по той же дороге, что и шли, то вы упретесь в лес. Если вы будете пытаться обойти лес, идя вдоль него, то вы даже не сможете вернуться туда, где сейчас находитесь. Пройдя мост, вы каким-то образом попадаете в этот самый призрачный лес.
— Но как же?
— Я же говорю, этот лес – загадка для нас. Мы ничего про него не знаем. Мы не можем этого знать! Никто оттуда еще не возвращался, ни живой, ни мертвый! И что там, за лесом – мы тоже не знаем! Как только вы войдете в него, связь с вами пропадет, поэтому, если у вас еще остались какие-то вопросы – задавайте их сейчас.
— А этот мост? Нельзя послать кого-то на мост, чтобы он позвал меня? Я бы вышел на звук его голоса?
— Вы не понимаете. Вы теперь находитесь где-то, куда вас переместил сам лес, как только вы прошли мост.
— Как это? Как такое возможно?
— Если отследить ваш телефон со спутников, то вы будете находиться внутри леса. В центре его! Это как портал, который переносит ваше тело в центр этого явления. По сути, вы должны не пройти лес, а выйти из него!
— И что же дальше?
— Дальше? Дальше мы ждем Вас у моста! Конечно, маловероятно, что мы еще услышим вас, но если что… телефон у вас есть… как мост выглядит – вы знаете… В общем, успехов вам. Очень надеемся, что вы станете первым, кто сможет выйти из леса… До свидания, Петр!
После этих слов на том конце завершили трансляцию.
Петр посмотрел на экран телефона, вновь выбрал для вызова номер, но подумав, что не знает, о чем еще спрашивать, убрал его в карман. Впереди был лес: высокий, темный, молчаливый. Это не такой лес, какой привык видеть мужчина. Даже не зная о том, что таится внутри этого творения, в нем сразу же угадывалось что-то зловещее и загадочное. Петр зашагал по дороге, вступая в таинственную обитель высоких стволов и черных крон над головой.
Ему сразу же бросилось в глаза обгрызенная или обцарапанная кора деревьев – кто мог так ее грызть, царапать и зачем? Кто-то питается смоленой корой сосен? Повсюду были выкопаны ямы, вырванная трава. Что же тут обитает, что могло превращать лес в это? Чудовище? Звери? Что?! Это неведомое пугало путника. Ни звука не доносилось вокруг, словно ничего живого не могло находиться тут. Мертвый, странный призрачный лес. Петр медленно шагал по дороге, уводящей вглубь, оглядываясь и прислушиваясь по сторонам. Он чувствовал, что за ним наблюдают, словно перешептываются за его спиной, но ничего не слышал и не видел. Все чувства, которые он испытывал, сидели где-то в глубине его сознания. Медленно хрустели коричневые иглы сосен под ногами. Мужчине постоянно хотелось повернуть назад, но ноги упрямо двигали его вперед. Наконец, он услышал… Что-то прошипело где-то позади него, он обернулся, и увидел, как что-то мелькнуло в глубине леса возле сосен и исчезло.
— Зачем ты пришел? – чей-то хриплый голос шепотом нарушил эту тишину, словно тот, кто спрашивал, был хозяином этих мест.
Петр посмотрел по сторонам, но никого не увидел. Он медленно пошел дальше.
— Зачем ты пришел? – вновь раздался чей-то голос.
— Мне нужно пройти через лес, чтобы попасть на мост! – крикнул мужчина куда-то вверх, оглядываясь по сторонам и стараясь увидеть того, кто говорил.
— Ты думаешь, что мы пропустим тебя?
— Кто вы?
— Мы — хозяева этого леса – и здесь не место тебе!
— Я уйду! Я честно уйду, мне только надо выйти к мосту! – на лбу Петра выступили капельки пота. – Прошу вас – позвольте мне это сделать…
— Чтобы ты всем рассказал нашу тайну? – голос словно звучал в голове. – Никому не позволено узнать ее, ведь мы храним ее веками!
— Я ничего не знаю, и не хочу знать — я просто хочу выйти к мосту…
— Наш лес может покинуть только тот, кто не знает нашей тайны… Ты ее пока не знаешь, но, может быть, хочешь узнать? Тогда помни, что лес не может покинуть тот – кто ее знает!
— Я не хочу ее знать… Не хочу! Я просто хочу выйти к мосту!
— Если это так… то мы пропустим тебя!
— Клянусь! Мне ничего не надо, я ничего не хочу знать! Спасибо вам!
— Хорошо, — сказал голос. – Ступай по этой дороге. Тебе свободный путь из нашего леса. Перед мостом тебя встретит страж. Он пропускает только того, кто знает тайну нашего леса. А теперь… ступай. Нам не за что удерживать тебя в нашем лесу…
— Спасибо…
Петр облегченно вздохнул и пошел вперед, но вдруг, словно осознав сказанное, остановился.
— Подождите… А какая тайна ему нужна? – крикнул он куда-то наверх.
— Это тайна нашего леса – ты же сам сказал, что не хочешь ее знать!?
— Да… это так… но тогда как же я пройду к мосту, не зная ее? Вы же сами сказали, что страж пропустит только того, кто обладает этим знанием.
— Тебе нужно определиться. Либо ты идешь, не зная нашей тайны, либо ты останешься тут вместе с тайной, которой мы с тобой поделимся…
— Но это же невозможно? Либо я узнаю вашу тайну и тогда мне нельзя покинуть лес, либо я его покину, но страж меня не пропустит, так как я ее не знаю!?
— Тем не менее – тебе нужно определиться сейчас! Мост начинается сразу за нашим лесом, и идти до него осталось меньше минуты…
— Но это же заведомо нерешаемый вопрос?
— Это значит, ты остаешься с нами в лесу?
— Нет! – закричал Петр. – Я пойду к мосту!
— Хорошо, иди! – спокойно ответил голос. – Чуть не забыл. Должен сказать еще о том, что страж убьет любого, кто не расскажет ему тайны леса. Так что, так или иначе, выйдя из леса, ты уже никогда в него не попадешь обратно.
— Что, значит убивает? – Петр остановился. — Как это убивает? За что?
— За то, что ты увидел его, но взамен не рассказал ему тайну нашего леса!
— А я могу на него не смотреть?
— Мы очень сомневаемся, что ты его не заметишь… — рассмеялся голос.
— Но это замкнутый круг какой-то… — почти в истерике, сказал Петр. – То есть, я иду на верную смерть?
— Ну, нет же, если ты знаешь тайну леса.
— Но так получается, что вы мне не оставляете выбора!?
— Почему же? Ты можешь узнать тайну и остаться с нами, или выйти из леса к мосту.
— Но там же страж, который убьет меня, если я не расскажу ему вашей тайны!!! Получается, я могу остаться только в лесу и узнать вашу тайну – я надеюсь, что в этом случае, вы меня хотя бы не убьете? А то сейчас вдруг окажется, что мне забыли сказать, что тот, кто узнает тайну нашего леса, не только не может покинуть этот лес, но и еще за это мы его убьем!
— Смешная шутка! – рассмеялся голос. – Нет! Мы тебя не убьем! Ты просто останешься в лесу и будешь жить в нем до конца своих дней…
— А что я буду тут делать?
— Гулять, размышлять, разговаривать с нами…
— Неужели кроме меня нет никого живого в лесу?
— Увы, но это так… Но не это важно! Главное, что ты узнаешь тайну нашего леса…
— Мне все ясно…
— Отлично!
— Получаемся, в любом случае у меня нет выбора.
— Нет, это не так! Я же сказал тебе, что у тебя есть выбор!
— Можно узнать какой?
— Ты знаешь… — голос стал раздражительным. — Мы с тобой обсуждаем его уже длительное количество времени, и у меня складывается ощущение, что все это время, пока мы с тобой разговариваем об одном и том же, ты просто замышляешь что-то против нас?!
— Нет, я просто задаю вопросы, чтобы мне принять какое-то решение!
— Итак? Что ты решил? Я сосчитаю до пяти…
Дух леса начал считать, и когда голос произнес четыре, Петр выдохнул:
— Я остаюсь в лесу!
— Остаешься? – переспросил голос.
— Да.
— Но для этого ты должен узнать нашу тайну… Готов ли ты узнать ее?
— Да, готов…
— Ну что ж… — сказал голос, ветер поднял мелкий мусор с земли, и парня окатило волной холода с запахом хвои. – Тайна нашего леса заключается в том… — проговорил голос, создав паузу, чтобы отсрочить весь смак тайны. – Тайна леса в том, что… у моста нет стража!
— Что? – не понял Петр. – Нет стража?
— Нет! И никогда не было… — рассмеялся голос.
Петр побежал вперед по дороге, но возле выхода из леса, словно что-то невидимое остановило его порыв, не давая приблизиться к мосту.
— Нет! Пустите меня!
— Нельзя! Теперь ты знаешь нашу тайну!
— Вы обманули меня!
— Мы лишь сказали то, что выгодно было нам – выбор сделал ты!
— Но я же…
— Поверил нам? С чего бы вдруг? Мы твои друзья? Ах, да… Теперь мы твои друзья, ведь ты будешь жить в нашем лесу…
Петр виновато опустил голову и сел на землю. Он молча сидел несколько минут, но наконец, смирившись со своей участью, он заговорил:
— Я теперь навсегда тут? – с грустью спросил он.
— До конца своих дней… — ответил голос.
— А что же я буду есть?
— К сожалению, не знаю… У нас нет еды. Она нам ни к чему.
— Но вы же сказали, что я буду жить тут до конца дней… я же вас спрашивал, что я буду тут делать.
— Все верно! И мы ответили: гулять, размышлять, разговаривать с нами… Мы ничего не говорили про еду, и ты не спрашивал об этом…
— Но без еды же я умру с голода?
— Ты можешь грызть кору деревьев, либо выкапывать подземные грибы, как это делали другие до тебя… Ненадолго, но вроде это помогает продлить жизнь. – голос засмеялся жутким смехом.
— Вы обманули меня! – кричал и плакал парень, но лишь жуткий многоголосый смех отовсюду раздавался ему в ответ, ветер вновь закружил вокруг него иголки и старую траву, опуская их на голову нового узника призрачного леса.
— Странное существо – человек. Вы верите во все, что вам говорят, а потом удивляетесь тому, что вас обманывают, обвиняя в этом кого-то, кого вы даже не видели…
Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи Призрачный лес отключены

1000 причин стать убийцей / Добрый грешник

— Вот возьмите, пожалуйста, — парень отдал бутылку водки неизвестному бездомному.
— Спасибо, — забирая бутылку, дрожащими руками проговорил бродяга.
Парень пошел дальше по направлению к церкви, где каждый день просят милостыню одинокие бедные старушки.
— Берите, берите, бабушка, вам нужнее, — мило улыбаясь, парень отдал женщине пятьсот рублей.
— Спасибо. Добрый ты человек. Храни тебя господь, — пряча купюру, отвечала бабушка.
Он пошел дальше. На этот раз по дороге, ведущей в школу, где он когда-то раньше учился.
Зашел в здание и прошел в мужской туалет. Справлять нужду нужды не было. Он достал с кармана джинсов пачку сигарет и положил ее на подоконник. Потом неспешно вышел из школы и отправился к себе домой.

*****

Бездомный открыл бутылку водки и малость пригубил с горла. Через два часа его нашли мертвым. Интересно, перед смертью его не удивил странный вкус водки?
Старушка аккуратно разгладила пятисотенную купюру и положила ее в шкатулку. Спустя три дня, когда вонь стала невыносимой и соседи вызвали полицию. Бабушку нашли мертвой. Любопытно, перед смертью старушку не удивило то, что купюра была какая-то липкая?
Ученик десятого класса зашел в туалет и увидел кем-то забытую пачку сигарет на подоконнике. Быстро спрятал пачку в карман, предварительно достав одну сигарету и закурив ее.
Прозвенел звонок. Старшеклассники ринулись в туалет покурить и наткнулись на тело одноклассника. Небезынтересно, от чего умер подросток? Не от той ли сигареты, которую нашли рядом с его бездыханным телом?

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , , | Комментарии к записи 1000 причин стать убийцей / Добрый грешник отключены

Крайний дом справа

Май, жара. Очередной учебный год подошел к концу. Хоть он стал и не совсем удачным, но настроение у меня было радостным и «летним». Родители отвезли меня в деревню на все лето. Я всегда был рад проводить время там. Свежий воздух, много ребят, в общем, все, что нужно ребенку для хорошего отдыха. Я сразу же нашел себе компанию из мальчишек. Ну и одним из летних вечерков мы решили прогуляться по красивой лужайке.

А напротив выхода к ней стоял дом, в котором жила одинокая женщина. Она не общалась с соседками, к ней редко кто приезжал. В общем, очень странная особа. Не прошло и пяти минут как мы подходили к ее дому. Он был весь обшарпан. Забор покосился и держался на одном честном слове. На растянутой между столбами веревке висели какие-то грязные пеленки и связки с травой. От дома пахло так, как будто там был общественный туалет. Наше внимание привлекло странное пошатывание входной двери, как будто она была настежь открыта. Так и произошло. В нашу сторону дунул вечерний холодный ветерок и дверь открылась настежь. Мы тихо подошли к забору и заглянули внутрь. Нам было лет по 9-10 и было страшно интересно, что скрывают стены этого дома.

Внутри были голые стены, бледно освещаемые лучами старой свечи. Мы видели все смутно, как будто в дымке. Все расплывалось в наших глазах.

Вдруг из-за угла показался силуэт женщины. Она посмотрела на нас взглядом льва на жертву. Ее глаза увеличились и она облизнулась, и с грохотом закрыла дверь. Ее лицо было все в морщинах. На ней не было румянца. Она была бледна как смерть. Мы до смерти напугались и разбежались по домам.

Я рассказал всю историю бабушке с надеждой на то, что она расскажет мне что-нибудь об этой женщине. Она схватилась за голову и охнула. Закрыла глаза, умылась, налила нам чаю и села напротив меня. «Ну слушай, внучек. Когда мне было лет пять-шесть, мы с девочками построили красивый шалаш на той самой лужайке. Ходили туда постоянно. Играли там, читали. В общем, это был наш второй дом. И однажды мы сидели в шалаше и к нам пришла женщина в красивом цветастом платье. Ну, разговорились мы с ней. Она рассказывала нам смешные истории из жизни, а потом сказала: Ой, девочки, а что вы сидите в этой сырой халупе. Что вам сыростью да плесенью дышать? Пойдемте лучше ко мне. У меня есть чай с ватрушками и печеньем. Ну, мы как дурочки пошли к ней, да вот по дороге я упала и порезала ногу. Да порезала сильно, кровь потекла по моей ноге. Ну я и сказала девочкам: идти без меня, потому, что мне надо бежать домой и перевязывать ногу. Они нехотя отпустили меня, а женщина пригласила меня в другой день. Потом я пролежала неделю в бинтах, так как рана оказалась большой. В один непрекрасный день ко мне подошла мама и сказала: Слушай, родная, сейчас к тебе подойдет дядя милицейский, а ты расскажи все ему про ту тетю и тот дом. Позже оказалось, что девочек дома не было уже неделю. После визита к той тете их никто не видел. Милиция не нашла в ее доме никаких следов преступления, а на все вопросы, заданные ей, она улыбалась и молчала. Ее посчитали психически больной и оставили дома. После этого случая ее дом все обходят стороной».

Вдруг в комнату заходит дедушка. Он сел рядом со мной и сказал: «Что ты мелешь, старая? Девчонки к ней зашли и ушли в лес за грибами!! Там они и потерялись. А больная эта и слова сказать не могла».

Прошло где-то лет 7. Бабушка из-за плохого здоровья легла в больницу, а на днях мы узнали, что хозяйка того злополучного дома умерла и в шкафу у нее в комнате нашли завещание, в котором написано, что она передает этот дом со всем принадлежащем ей имуществом, она передает внуку бабки Маши (так звали мою бабушку). Тут я остолбенел. Как она узнала, что я внук бабушки Марии, остается для меня загадкой. Для меня было понятно одно, что жить в этом доме я не буду. Но вот исследовать его изнутри я хотел страшно.

И вот настал тот момент, когда я стоял перед домом, которого я боялся всю жизнь. Мои ноги подкашивались, но я вошел внутрь. Я очень удивился, когда увидел, что в нем ничего необычного нет. В прихожей висела картина, стояла старая обувь. В зале тоже висело много картин, стоял старенький телевизор, похожий больше на коробку со стеклянным корпусом. стоял старый диван. Меня больше всего заинтересовал массивный шкаф со старыми платьями и халатами покойной хозяйки.

Вдруг я случайно продавил заднюю стенку шкафа и увидел, что она упала внутрь. Передо мной оказался темный проход в какую-то непонятную комнату. Я аккуратно нагнулся и пролез внутрь. Доползя до конца, я вылез и обомлел. Предо мной была маленькая комната. Здесь было настолько темно, что я не мог увидеть свою вытянутую руку. Я включил вспышку на телефоне и увидел перед собой огромную доску, к ней гвоздями были вбиты цепями наручники. Рядом с ней стояла здоровенная клетка. И похоже, она была для людей. Рядом стоял журнальный столик, на котором лежали несколько помятых листков. Я взглянул на них. Все было написано дрожащей рукой. Это был ее почерк, точно!! Я прочитал первые две строчки и меня чуть не вырвало. На каждом из них было подробно написано как она ела подружек моей бабушки…

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , , | Комментарии к записи Крайний дом справа отключены

1000 причин стать убийцей / Врун, который не умел врать

— Мама, я снова видел этого дядю в окне моей комнаты.
— Женька, сколько раз я тебе говорила — не выдумывай и не ври. Хватит уже фантазировать. Еще раз тебе говорю, мы живем на девятом этаже. Никто не может смотреть в твое окно.
— Но, мам, я говорю правду, — пролепетал детский голосок белокурого мальчика. — Вот ты только выйдешь с моей комнаты, и он появится.
— Спать, — командным голосом ответила девушка. Затем вышла с комнаты сына, выключив свет и плотно закрыв дверь.
Мальчишка сильнее натянул одеяло, спрятав под ним свой носик, и уставился в окно. Так он пролежал минут пять. Смотрел внимательно, пытаясь не моргать. Глаза начали закрываться – потянуло на сон.
Вот он их открывает. А в окне тот самый дядя, которого он видит каждый вечер.
Он словно парит в воздухе, но почему-то вниз головой. У него заклеен рот скотчем и почему-то широко открыты глаза.
Мальчишка натягивает одеяло еще выше, спрятавшись под ним полностью. Мама говорит, что никакого дяди нет,и я все это придумал — сам себя утешает ребенок. Глаза снова начинают закрываться и он засыпает.

*****

На крыше девятиэтажного дома вот уже на протяжении месяца каждый вечер творилось нечто страшное.
Двое мужчин стояли на краю крыши и держали веревку. На конце веревки болтался человек с заклеенным скотчем ртом и округлившимися от страха глазами.
— Мне кажется, он не собирается отдавать долг, — вопросительно проговорил голос одного из мужчин.
— А знаешь, пожалуй, ты прав, пора с ним заканчивать, — сказал второй мужчина и отпустил веревку.
Привязанный человек полетел вниз. И снова застыл в воздухе.
Двое мужчин подошли к вентиляционной трубе. Один из них достал нож и обрезал веревку.

На следующий вечер белокурый мальчишка, который жил на девятом этаже, больше не видел в окне дядю. А его мама, узнав о случившемся прошлым вечером происшествие, больше никогда не называла своего сына вруном.

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , , | Комментарии к записи 1000 причин стать убийцей / Врун, который не умел врать отключены

1000 причин стать убийцей / Помним, не любим, не скорбим

Последний двенадцатый гроб был опущен в землю. Через полчаса могила была зарыта. А еще через несколько часов на ней красовался памятник с надписью «Помним, не любим, не скорбим». Справа от этого захоронения находилось еще одиннадцать надгробий с такой же надписью.
На этих похоронах никто не проронил слезинки. Даже люди, которые являлись родственниками погибших, сохраняли полное спокойствие. Но все же на их лицах можно было прочитать одну эмоцию – удивление.
Они не могли понять, почему государство решило за свои деньги установить памятники. Потому что обычно таких личностей хоронят в безымянных могилах, не вставляя даже крест.

Два дня до похорон.

Желтый автобус мчался по трассе с максимальной скоростью, которую мог развить. Лицо водителя вспотело, он то и дело перекрещивался, не зная что делать. Сзади сидело двенадцать пассажиров. Все они были в одинаковой одежде и в наручниках, которые были пристегнуты к креслам автобуса.

Странно, но все пассажиры были абсолютно спокойными. Возможно, потому что им нечего было терять. Все они — приговоренные пожизненно. По их вине многие семьи лишились близких им людей.
Еще одна минута и все будет кончено. Последняя попытка нажать на тормоза снова безуспешна.
Столкновение…

На следующий день после похорон.

— Многие не могут понять, почему я принял такое решение. Установить памятники таким отребьям общества. (Десятисекундная тишина). Несмотря на их ужасные злодеяния. Нельзя отвечать насилием на насилие. (Голос становится громче). И поэтому я решил! Похоронить этих нелюдей как людей! Указав на их памятниках, что мы помним то, что они сделали. Но никто их — не любит, и тем более не будет скорбеть. — Мэр города закончил свое выступление.

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи 1000 причин стать убийцей / Помним, не любим, не скорбим отключены

Наколка

В восьмидесятых довелось мне с годик потрудиться кино-радиомехаником во Дворце культуры. Коллектив учреждения небольшой, в основном, женский. Из сильного пола только художник Славик, мой ровесник, и плотник дядя Лёша, мужик пенсионного возраста.

Как любой уважающий себя советский плотник, дядя Лёша не любил пилить-строгать по трезвяне. Потому завсегда в его столярке имелась початая пол-литра то «Русской», то «Московской», то «Пшеничной», а то и «Столичной». Мужик дядя Лёша бывалый. Когда трезвый – молчун, слова не вытянешь, но подвыпив становился разговорчивым. Мы со Славиком нередко к концу рабочего дня захаживали в столярку послушать его рассказы да своеобразные размышления о жизни. Ну, и стопочку-другую за компанию опрокинуть.

Сидели как-то у дяди Лёши под вечер, тут заглядывает в каморку один из приятелей Славика. С просьбой: «Славка, сделай мне наколку на груди! Вот такую». И показывает листок бумаги с рисунком шариковой ручкой. А там коряво так нарисован паучище в верхнем углу и паутина под ним.

Тут надо сказать, что художник Славик был не новичок в наколочном деле. К нему довольно часто обращались с подобными просьбами. Ну, и за соответствующее вознаграждение он никому не отказывал. Набивал наколки импровизированной тату-машинкой, переделанной из обычной электробритвы, казённой тушью прямо у себя в оформительской. Я не раз присутствовал на этих процедурах. Тушь использовалась, в основном, чёрная, потому как другие цвета были недолговечными.

Короче, в просьбе Славкиного клиента не было ничего необычного. Но дядя Лёша отчего-то вдруг начал парня отговаривать. Мол, зачем выбрал такую? Она вообще зэковская, тебе, фраеру, её ещё заслужить надо и т.д. В итоге, после горячих споров и убеждений, отправил озадаченного приятеля обратно ни с чем. Мы со Славиком тоже толком ничего не поняли – в чём проблема-то? Обычная наколка…

А дядя Лёша, опрокинув очередной стопарь водки, поведал следующую историю.

Ещё в молодые годы его родной старший брат сделал себе вот точно такую же наколку. На зоне. Залетел-то по глупости. Как большинство первоходов в те времена, после пьяной драки с отягчающими. Но за примерное поведение вышел на свободу досрочно. Конечно, не скрывал от сверстников и младшего брата Лёхи зэковской наколки. Наоборот, очень даже гордился ей. Кто ему набивал на груди того паука в паутине, неизвестно. Но мастер, по всему видать, был исключительный. Хоть наколка обычная, одноцветная, но восьмилапое чудище выглядело как настоящее. Когда брат размахивал рукой, казалось, что паук перебирает лапами свою паутину и шевелит глазами…

Все дворовые пацаны были в восторге от такой живописи. Мать только очень расстроилась. Бабушка же вовсе, увидев наколку на груди внука первый раз, принялась накладывать на себя и на него крестные знамения. А потом долго ещё уговаривала сходить вместе к знакомой ведунье и попытаться избавиться от дьявольского рисунка. Да только кто же в молодости бабушек всерьёз воспринимает!

Так и ходил братан с пауком на груди. Потом женился. А Лёшку в армию забрали.

Дембельнувшись через три года и вернувшись домой, Лёха брата едва признал при встрече. Из бравого высокого хулигана тот превратился в сутулого заморыша с каким-то потерянным взглядом. То, что неприятно поражён такими метаморфозами, вида, конечно, не показал. Вечером пошли в баньку. Там отставной солдатик испугался за брата ещё больше. Крепыш, от которого прежде Лёха часто получал «братские» затрещины, превратился в доходягу, чуть ли не скелет, обтянутый кожей желтушного цвета. Но самым пугающим было не это. Татуировка на груди – она стала значительно больше! И паук словно вырос, и паутина спустилась уже с груди к паху, захватила плечо и лопатку. В изумлении он спросил:
— Ты зачем себе ещё столько сетей паучьих наколол?!..

Старший брат удивился вопросу и ответил, что ничего нового не добавлял. Мол, татуировка старая — как была, так и осталась. Ни в какую не соглашался с резонными уверениями о расползшейся по телу паутине. То ли пытаясь успокоить себя самообманом, то ли и впрямь ничего не замечая. Но для Лёшки, не видевшему брата три года, изменения показались разительными.

Попарившись, после бани перерыл комод с немногочисленными семейными фотографиями, пытаясь отыскать фотку, где – он помнил – братана запечатлели голого по пояс на берегу речки. Там чётко была видна татуировка у него на груди. Хотел найти её и показать брату, чтобы тот сравнил и убедился. Но злосчастная фотка как сквозь землю провалилась…

Утром лишь, навестив свою престарелую бабулю, услышал от той признание, что это она снесла тайком фотографию знахарке, дабы снять с внучка, как ей казалось, дьявольскую порчу. А знахарка уже эту фотку после проведённого ритуала изничтожила.
— Но ничего не помогло, Лёшенька. Вишь, как брат твой исхудал? Он ведь всё болеет последнее время. То сердце прижмёт, то живот скрутит. За последний год к нему скорая столь раз приезжала, сколь ко мне, старой, за всю жизнь не вызывали!.. Он разве не рассказывал тебе ничего?.. Как мы с вашей матерью убеждали его лечь в больницу на обследование – ни в какую! Отвяжитесь, я, мол, здоров. А сам чахнет с каждым днём…

Потрясённый Лёха решил серьёзно поговорить со старшим братом и убедить того попытаться вместе найти какое-то средство от напасти. Хоть у врачей в поликлинике, хоть у бабки в избушке на курьих ножках.
Прямо от бабули направился к нему. Но тот упёрся, словно бык рогом:
— И тебя, Лёха, науськали мать с бабкой! Всё нормально со мной! Устал просто, на работе дел по горло, нервотрёпка, вот и сбоит организм. Передохнуть просто надо малость. В лес сходить, по грибы или, ещё лучше, на охоту… Кстати, пойдём вместе! На следующие выходные.

Лёшка, конечно, согласился на охоту, но всё равно сожалел, что так и не уговорил брата пройти медицинское обследование.

Да вот только их совместная вылазка в лес на выходных сорвалась. Начальство завода, куда сразу после дембеля вернулся Алексей, объявило «чёрную», то бишь рабочую, субботу. Пришлось Лёхе вместо ружьеца к рубанку пристраиваться. Ну, а братан всё же отправился пострелять рябчиков, как планировал. Но уже один. Ушёл и не вернулся.

Через три дня начали поиски. Они оказались безуспешными. Где искать заблудившего охотничка в дремучей уральской чаще конца пятидесятых годов? На каком лесном полустанке он из электрички выскочил?.. В какую сторону шаги направил?..
Так бы и сгинул человек без следа, как многие другие. Но случайно, недели через две, уже по первому снегу, наткнулся на труп в лесной избушке другой охотник.

Когда родственников пригласили в морг на опознание, к Лёхе подошёл опер и посоветовал не пускать пока мать с бабулей к телу, а посмотреть самому. Мол, зачем пугать слабых женщин почём зря – может, это и не ваш. А какой-нибудь зэк беглый. Уж больно расписной он…

Покурив на крылечке, Лёха с опером зашли в кадаверную. Труп лежал на каталке лицом вверх, совершенно голый. Да, это брат, сомнений нет. Но что с его телом?.. Всё туловище, шея, ноги и руки испещрены тёмно-синими нитями, словно опутаны паутиной. Не тронуто лишь лицо с ввалившимися щеками.
Молодой парень отошёл от каталки, не в силах смотреть на жуткую картину. Словно издалека донеслись голоса опера и врача, переговаривавшихся между собой:
— Это наколка у него такая в полный рост?
— Сейчас уже непонятно где у бедолаги наколки, а где сосуды повылезали и просвечивают через кожу…
— Паук-то на пузе, как живой. Глядит своими хищными зенками, даже холод пробирает!
— Да уж… И охота была мужику так себя уродовать?..

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , , , | Комментарии к записи Наколка отключены

Чёрный голубь

В век прогресса и инноваций верить в приметы, согласитесь, моветон. Если какие-то и сбываются, их можно списать на банальные совпадения в череде событий. Правда, порой происходят такие странные вещи, что невольно задумаешься – а может, всё-таки…

Кстати, о птичках. Дурной примете о залетевшей в окно птице я не придавал значения никогда.
Может быть, потому, что пацаном, гостя у бабушки с дедушкой, прямо на подоконнике открытого окна кормил хлебными крошками городских голубей. А они, набравшись смелости, спрыгивали с подоконника в комнату и продолжали клевать хлеб на полу…
Может быть, потому, что много лет спустя в нашу квартиру через открытую лоджию многократно залетали воробьи, синицы и прочие птахи. Один раз нелёгкая занесла даже ястреба-перепелятника. Он, видно, гоняясь за воробьями, не рассчитал скорости и влетел прямиком в нейлоновую москитную сетку, запутавшись в ней своими длинными когтями…

Чёрные вороны, правда, пока не залетали. Но даже если бы — не думаю, чтобы я сильно от этого загрузился. Хотя, после недавнего случая, которому был свидетель, уже не скажу с полной уверенностью…

Еду на днях утром на службу, как обычно. Уже в самом центре города остановился на светофоре. Впереди, через два авто, стоит малолитражка с полуоткрытой форточкой со стороны водителя. Машин полно, стоим в три ряда. Все ждут зелёный. Вдруг посреди этого скопища техники, асфальта и бетона откуда ни возьмись выпорхнул голубь. И прямиком к той самой машинке с полуоткрытым боковым стеклом. Уселся на зеркало заднего вида и тянется клювом в окно к водителю. Голубь самый обычный, только окрас перьев редкий – совершенно чёрный, ни одного пятнышка другого цвета.

Хозяйка отмеченного птичкой автомобиля (это оказалась женщина) опустила ниже стекло и стала сгонять нахального гостя, маша него рукой. Но не тут-то было. Голубь только ненадолго вспархивал и вновь усаживался на прежнее место. Более того, несколько раз попытался вовсе влететь в внутрь автомашины. В итоге женщина просто наглухо закрыла окно.

Вскоре загорелся зелёный свет и автомобильный поток двинулся вперёд. Голубь, пытаясь удержать равновесие, ещё несколько секунд сидел на боковом зеркале. Затем взмахнул чёрными крыльями и взмыл вверх. У меня, да и, думаю, у остальных свидетелей этого эпизода тогда не возникло никаких тревожных мыслей. О предзнаменовании нехорошем и тому подобному. Даже повеселил как-то этот пернатый храбрец. А днём и вовсе всё забылось. Я даже не рассказывал никому о забавном эпизоде.

Вечером же за поздним ужином по ходу дела смотрел местную новостную программу и кусок застрял в горле. Среди прочих свежих происшествий показали сюжет о разбившейся на дороге машинке. За рулём находилась и погибла на месте молодая женщина. Оператор тщательно заснял обломки расколпашенной малолитражки и брызги крови на стёклах. В кадр попал и госномер автомобиля.

Прервав трапезу, я достал свой видеорегистратор (никогда не оставляю его на ночь в машине) и просмотрел утренние файлы на светофоре. Последние сомнения рассеялись – номер автомобиля с голубем на ролике в видеорегистраторе и разбитой в хлам машины из новостного сюжета оказался одним и тем же. Между данными событиями прошло всего несколько часов.

Хочется всё же думать, что имело место простое совпадение…

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , , , | Комментарии к записи Чёрный голубь отключены

Мирон Mad House

Мирон сидел весьма тихо и с удивлением думал о причине его нахождения в психушке.
Ведь он действительно не заслужил такого жестокого обращения, когда приходят здоровые мужики и избивают их всех с наглой гордостью, затем приходят медсёстры и вкалывают различные препараты в разных больных и пошлых местах. Вот шлюхи, — подумал про себя Мирон и усмехнулся.
Но вдруг его внезапно осенило, почему он здесь, ведь он ради планшета убил своего младшего брата, потом от угроз родителей зарезал и их. Но после этого он жил два дня с трупами, на третий день безумные соседи вломились к нему в квартиру, а он в это время быстро и беспалевно свалил под кровать. Поскольку соседи увидели трупы, они вызвали полицию. Прибыв, полиция осмотрела всю квартиру и нашла под кроватью задротящего в планшет Мирона. Провели следствие, а Мирона отправили в психушку.
— Жрать иди, задрот ссанный! — сказал грубый голос санитара.
Мирон без слов поплёлся есть. Сегодня подавали обычную пюрешку с огурцами. Скромно поужинав, Мирон отправил спать.

— Задрот, разве тебя не учили мыть руки после еды или у нас порошковый завод, чтоб стирать твоё вонючее бельё?! — сказал толстый санитар, проигнорировав мычание Мирона и тут же влепив ему кулаком в морду.
Мирон, помыв руки, пошёл спать.
На следующий день директор психушки решил избежать расходов и тайно от правительства устроил самосуд над самыми больными, в том числе и Мироном. Директор решил выбрать адскую муку и сварить психов в кипятке. Людей насчиталось семь человек. Им сказали, что правительство решило освободить их, все были в счастливом восторге и переговаривались друг с другом. Их отвели в ванную директора, где стояло его вскипячённое джакузи. Людей не раздумывая толкнули в джакузи и они все мигом сварились. Так закончилась жизнь семи опасных психов.
Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи Мирон Mad House отключены

Душехлёб

Теплый вечер последнего месяца лета. На улице стемнело, небольшая улица погрузилась в жёлтый свет старых уличных фонарей. Около подъезда двухэтажного дома, на лавочке, сидели двое пятнадцатилетних мальчиков. Первый – худой, черноволосый, покоритель сердец всех местных девчонок – Димка. С семи лет он занимался боксом, поэтому пользовался уважением у старших ребят и не давал ни себя, ни своих друзей в обиду. Второй, наоборот – полноватый светловолосый паренёк – Саня. В отличие от Димки, он был труслив и тяжело переносил все приключения, на которые его звал товарищ. Несмотря на явную противоположность во внешности и характерах – ребята были настоящими друзьями, знавшими друг друга с раннего детства. На этой улице было немого их ровесников, поэтому, они знали каждого и дорожили с ними дружбой.
На завтра у ребят была запланирована поездка в другой конец города, с ночёвкой. Пару дней назад, во время очередной прогулки, Макс – один из уличных друзей, предложил переночевать в подвале заброшенного дома. Поначалу, идея была воспринята негативно, многие посмеялись и обозвали Максима – ненормальным, но тот не унимался:
— У меня дом за городом, скажем родителям, что поедем туда, на выходные, а сами в подвал. Посидим, истории расскажем, а утром – домой.
— Представь ситуацию, — начал Сашка, — Залезаем мы туда, а там бомжи-убийцы. Что будем делать?
— Нету там бомжей, в подвале холодно ночью, поэтому никто не ночует, мы с Олегом проверяли.

Олег был сводным братом Максима. Особой братской любви между ними не наблюдалось никогда, но на все приключения – они ходили вместе. Говорили, что строгий отец Олега наказал сыну следить за неугомонным братом, который то и дело, попадал в различные неловкие ситуации. Один раз Максим поджигал тополиный пух, рядом со срубленными недавно деревьями, отчего те загорелись. Олег отчитывал брата, как маленького мальчика, хотя они и были одного возраста. Вину взял на себя и получил наказание. В их дуэте – Олег был самым адекватным, серьёзным и рассудительным, а Макс продолжал играть в детство.

— Что скажешь, Олег? — спросил Димка, — Стоит ли ехать?
— Сами решайте, — огрызнулся Олег, — Не хватало мне еще отдуваться за принятое решение.
— А я хочу съездить, — улыбнулась Маша, — У моего отца есть большой садовый фонарь, можно его поставить и сидеть вокруг, здорово будет.
— А как туда ехать? — спросила Аня, — На автобусе?
— Нас мой друг отвезёт, — улыбнулся ей в ответ Макс, — На машине.
Маша и Аня были сёстрами. Они всегда отличались активностью, лёгкостью на подъём и необычной, для девочек их возраста, смелостью. Поэтому, даже ночёвка в заброшенном подвале на другом конце города – их ничуть не пугала.
— Это всё хорошо, — снова начал Саня, — Бомжей-убийц – там нет. А как насчёт остальных маргиналов? Маньяк какой-нибудь зайдёт или даже просто сторож, а в худшем случае – полиция.
— Саня, опять ты за своё, — улыбнулся Дима и посмотрел на друга.
— Саня, там большой подвал, при входе огромная комната, потом спуск вниз, небольшой коридорчик и ещё две огромные комнаты друг напротив друга. Всё под землёй и, даже если кто-то зайдёт в дверь, то нас он не увидит и не услышит, — затараторил Максим.
— Я поеду, если все поедут, — Саня скрестил руки на груди.
— Решено, — Димка кивнул головой, — Никто не против?
Все промолчали.
— Тогда в пятницу вечером встречаемся возле нашего подъезда.
Ребята погуляли ещё немного и разошлись.

За день до поездки, когда Дима и Саша сидели около дома, из темноты показался знакомый силуэт Олега. Он подошёл к ребятам и с хмурым лицом начал говорить:
— Разочаровали вы меня, ребята.
— Почему это? — удивился Димка.
— Ладно этот идиот, хочет ночь там провести, чтобы Анька посмотрела, какой он смелый, но вы-то куда? — гневно говорил Олег.
— Глупый какой-то план, мы там все будем, а Анька только на него посмотрит? — недовольно сказал Саня.
— План-то хороший, стратег – дурак. Он вас пугать собирается.
— Как пугать? — Санька широко раскрыл глаза.
— Мы зайдём в одну комнату, сядем там, начнём истории рассказывать. Он расскажет про «Душехлёба», а потом отойдёт в соседнюю комнату, поставит будильник на телефоне, а на мелодии будет рычание монстра. Все испугаются, а Макс вызовется проверить, что там.
— А дальше? — улыбнулся Димка, — Там же ничего не будет, как он выкрутится?
— Так и скажет, что ничего нет, девочки сами попросят нас уйти, а он в это время — напуганную Аньку будет успокаивать.
— Так, а нас он предупредить не хотел? Или он тебя послал? — возмутился Саня.
— Никто меня не посылал, — твёрдо ответил Олег, — Я переживаю за него, что случится – отец с меня шкуру спустит.
— Хорошо, — подключился к разговору Дима, — Пусть делает, что хочет. Главное – если будет изменения в плане – сразу сообщай нам. Вдруг он решит в маньяка переодеться, а заодно и Саню зарезать.
Саня озадаченно посмотрел на друга.
— Сообщу, — ответил Олег и, попрощавшись с друзьями, пошёл дальше по улице, в сторону своего дома.

Следующий день прошёл в сборах. Дима и Саша запаслись бутербродами, чипсами и газировкой. Аня и Маша принесли фонарь, два пледа и старые тряпки, чтобы, постелив их, можно было сидеть прямо на полу. Олег и Максим собирались основательно. Первый взял воду, бутерброды, нож, подаренный дедом на пятнадцатилетие и осеннюю куртку. Последний приготовил будильник на телефоне для своего плана, взял мощный отцовский фонарик и надел свою самую красивую футболку, в надежде понравится Ане. Каждый из ребят, кроме Максима, взял с собой по спальному мешку. Макс, настолько горел своим планом, что не мог даже думать о сне в подвале. «Некогда будет спать, девочек напугаю, Аньку обниму, выйдем оттуда и Витёк нас заберёт» — думал он.

Собрались в девять вечера у подъезда Димки и Сашки. Отвезти ребят к подвалу согласился друг Максима – Витька. Он приехал с родителями из деревни, где провёл всё детство, и поселился над квартирой Макса. Вите было семнадцать лет, следовательно, прав у него не было, но водить он умел, причём – хорошо. Отцовскую машину взял без спроса, чем очень рисковал, в случае остановки сотрудниками ДПС.

— Загружайтесь, — сказал Витька и открыл багажник. Высокий, крепкий, с низким голосом парень, сразу привлёк внимание девочек, особенно, им интересовалась Анька. Завидев это, Макс немедленно поторопил друзей и проконтролировал, чтобы в машине, Аня находилась как можно дальше от конкурента.

Вишнёвая семёрка, переполненная детьми с их походным добром, тронулась и направилась в сторону центра. Путь был небольшим, но для Максима он тянулся мучительно долго. Он неудобно сел на заднем сидении и Анька иногда посмеивалась с Витькой, а дорога всё тянулась и тянулась, не собираясь заканчиваться. Наконец долгожданный заброшенный дом в конце улицы. Макс первым выскочил из машины. Витька достал все вещи ребят и даже предлагал помочь им донести всё до нижней комнаты, но Максим решительно отказал.
— Приезжай завтра, в десять утра, — сказал Олег, — Не опаздывай только.
— В одиннадцать, — весело сказал Макс.
Витька кивнул, затем сел в машину и начал удаляться от дома вдоль улицы.

— Вот, — Максим указал пальцем на ступеньки сбоку дома, — Туда.
Ребята взяли вещи и медленно поплелись за бодро шагающим вперед Максом. Они спустились вниз, открыли небольшую железную дверь и прошли внутрь. В подвале пахло сыростью, что сразу не понравилось девочкам, но Максим был настроен решительно и рассказал им историю о том, как человек привыкает к любому запаху за одиннадцать с половиной минут. Вряд ли они восприняли его всерьёз, однако, спустя некоторое время, запах действительно перестал ощущаться. Подростки прошли вдоль подвала, ступеньки вниз находились в неосвещённой его части, поэтому Олег включил отцовский фонарик и первым начал спускаться вниз. Внизу было темно. Без фонаря не было видно ничего. Коридор оказался длиннее, чем его себе представляли Димка с Сашкой. В конце было три дверных проёма. В двух из них, находящихся друг напротив друга – дверей не было, а в третьем, стоящем прямо по пути движения ребят – была массивная железная дверь. Что странно – на ней не было ручки.

«Наверное, её спилили, когда покидали дом, чтобы нельзя было открыть» — подумал Олег.
«Вдруг, там сидит убийца и поджидает нас?» — подумал Саня, но тут же отогнал эту мысль от себя.

— Направо! — Скомандовал Макс.
Ребята повернули и вошли в комнату. Она оказалась действительно огромной. Правда, большую её часть занимали трубы, которые верно служили во времена, когда дом был переполнен жизнью. Аня с Машей расстелили тряпки на две толстые трубы, что проходили посреди комнаты, и включили садовый фонарь, отчего помещение наполнилось приятным тусклым светом. Димка и Сашка достали чипсы с газировкой, сразу заняли свои места и приготовились к незабываемому спектаклю одного актёра в исполнении Максима.

— Давайте, рассаживайтесь, — сказал Максим. Сам же он садиться не спешил, ждал пока сядет Аня, чтобы присесть рядом с ней.
— Когда будешь начинать? — шёпотом спросил Олег.
— Через час, наверное, пусть все расслабятся, — тихо ответил Макс и быстро прошмыгнул в коридор, а затем также быстро вернулся обратно.
— Поставил?
— Поставил, зарычит так, что на весь подвал будет слышно, — улыбнулся Максим.

Ребята расселись по местам, Максим добился своего и всё-таки сел с Аней.
— Кто начнёт? — Поинтересовался Саша.
— Давайте я, — сказал Димка, — История называется «Чёрная машина». Однажды к нам во двор приехала чёрная машина, никто не знал, чья она и есть ли там кто-нибудь внутри, так как стёкла тоже были чёрные. И вот ночью стекло опустилось и из салона появилось белое свечение. Мальчик Лёша подошёл к ней, — Дима сделал небольшую паузу, — заглянул, и.. — Димка резко скорчил страшную рожу и вскрикнул. Девочки закричали от испуга, а мальчишки залились смехом.
— Дурак, — обиженно сказала Маша, — Зачем так пугать?
— Девочка моя, — Улыбнулся Дима, — Ты знала на что шла. Это же старый прикол, у нас весь двор его знает.
— А мы не знаем, потому что не дурочки, — поддержала сестру Анька, — Слушайте нормальную историю. Мне её бабушка рассказала. В молодости она работала на ферме, куда привозили пшеницу. Она с напарницей должна была высыпать зерно в большой аппарат, который перемалывал его в муку. А напарница была красивой настолько, что все мужики за ней бегали. И вот высыпают они зерно с бабушкой, аппарат работает на полную — зерно молотит, а к ним, как назло, пришли два мужика, поговорить, да на напарницу посмотреть. Говорили, говорили и поссорились, начали драться. Сами не заметили, как напарницу столкнули. Она прямо в аппарат упала и её там перемололо. Мука вся покраснела, но выбрасывать не стали. Дело замяли, рабочих увезли куда-то, а с бабушки взяли роспись о неразглашении. Из этой муки испекли хлеб и накормили им смену на ферме. На следующий день, никто со смены не пришёл. Все заболели, половина так и не выкарабкалась.
— Не страшно, — покачал головой Саня, — Интриги не хватает, герои плохо прописаны, история сыровата.
— Подожди, — сердито сказал Аня, — Прошло двадцать лет, ферму закрыли, а люди до сих пор по ночам слышат, как будто аппарат работает и девушка кричит.
— Может сбои в работе аппарата? Вот он сам и включается, — предположил Димка.
— Какого аппарата? Его сразу после закрытия фермы увезли, на утилизацию, — пояснила Анька, — А друг моего дедушки говорил, что ходил туда ночью и видел что-то. Точно не помнит, но за ночь он стал седым. Говорит, если услышишь её плачь ночью, то сразу говори, что её хлеба не ел и беги оттуда со всех ног.
— Хорошая история, — улыбнулся Максим, — А я вот какую знаю, называется «Душехлёб». Мы тогда в другом городе жили. Были у меня знакомые подруги, три сестры. Старшая пропала без вести, когда я ещё младенцем был, а две других – близняшки, с ними всё детство и провёл, до одного случая.
— Что за случай? — заинтересованно спросила Аня.
— Так вот, — заметив неподдельный интерес на лице Аньки, Максим продолжил с выражением, — Разбирали они старые вещи, оставшиеся от Насти — старшей сестры. Нашли тетрадь, сорок восемь листов, в обложке. Правда, исписано было меньше половины. Это было что-то вроде «Мистического дневника» Насти. Там она записывала разные ритуалы по вызову духов, монстров и так далее, обычные девичьи забавы. Мы всех знали: и пиковую даму, и кровавую Мэри и ёжика-матершинника, но был там один странный субъект. На последней исписанной странице, было написано слово «Душехлёб» и подчёркнуто. Затем шли предметы для ритуала и инструкция. Я дословно не помню, но вроде бы там нужен был лимон, волосы, капля крови, но не из пальца, а из живота. Я отнесся к этому несерьёзно, в отличие от близняшек. Они твёрдо решили вызвать этого Душехлёба и узнать, что он сделал с Настей. Нам тогда было по девять лет, домой загоняли рано, а по правилам – ритуал нужно было проводить ночью. Сговорились, встретиться на углу их дома в одиннадцать вечера. Не знаю, как им удалось сбежать, родители девочек были намного строже моих. Мне же сбежать не удалось, я выглянул из окна на балконе и сказал им о своей неудаче. Они, конечно, расстроились, но отменять ритуал не стали, а наоборот, решили провести его прямо на углу дома. Я, честно признаться, струсил и не смотрел на них, а только слушал через открытое окно. Сначала они что-то говорили, потом читали какое-то заклинание или вроде того, а потом резко затихли. Я посидел немного, так и не решился выглянуть.
— И что? Вызвали Душехлёба? — с нетерпением спросила Аня.
— Не знаю, мы не виделись больше, — пожал плечами Макс, — Вроде бы, они тоже пропали. Единственное, что меня пугает – тетрадка находится неизвестно где и кто знает сколько ещё жертв она принесёт.
— А в интернете есть что-нибудь про это чудовище? — с недоверием спросил Димка.
— Нет, я искал, серьёзно, — вмешался в разговор Олег.
— Жуть какая, — поморщилась Маша, — Слушайте мою, называется…

Она не договорила. Из комнаты напротив послышался громкий, протяжный и жуткий смех. Смеялись так, как смеются психически нездоровые взрослые люди. Ребята застыли в ужасе.
— Я думал, что будет рычать, — шёпотом сказал Саня, на ухо Димке.
— Я тоже, — сглотнув слюну, ответил Дима.

— Кто пойдёт проверить? — спокойно спросил Олег и перевёл взгляд на Макса. Тот сидел бледный и с диким ужасом смотрел на свои наручные часы, — Ты чего, Максим?
— Олег, — тихо произнёс Макс и огромными от пронизывающего холодного страха глазами посмотрел на брата, — Это не мой будильник.

В глазах Олега потемнело, а в груди появилось болезненное чувство, которое он так часто испытывал, когда отец поднимал на него ремень за проступки. Чувство обречённости, осознание того, что выхода нет и единственный способ преодолеть боль – пустить всё на самотёк и дождаться своей участи.

Чувство прошло спустя пару секунд – включился мозг, Олег начал анализировать ситуацию. Голова кружилась, руки дрожали, обстановка вокруг была жуткой настолько, что парню хотелось разрыдаться горькими слезами, но он держал себя в руках. Маша прикрылась пледом и начала читать молитву, Аня просто дрожала и хватала Макса за руку, последний сидел неподвижно и смотрел на часы. Трясущимися руками, Олег схватил отцовский фонарь и направил луч в сторону дверного прохода. Свет пробежал вдоль стены и охватил часть коридора. Олег вглядывался в темноту, пытаясь разглядеть источник зловещего смеха. Увидеть маньяка – было бы не так страшно, как не увидеть ничего. Его пугала неизвестность и неопределенность происходящего.

— Ты чего, Олег? — спросил Димка, — Нормально всё?
— Дима, это не по плану, — дрожащим голосом ответил Олег.
— Что это значит? — спохватился Саша, — Вы шутите?

Послышался звонкий металлический визг, ребята, почти синхронно повернули головы в сторону выхода. Железная дверь, которая была без ручки, начала медленно открываться в сторону подростков.

— Нас закроют сейчас! — закричала Аня, — Она закрывает эту комнату!
— Как закроют, это разные дверные проходы! — трясущейся рукой, Саня указывал на дверь.
— Выходить надо, побежим к выходу, пока не поздно! — басом скомандовал Олег и, крепко сжав в руке фонарь, встал со своего места, — Я первый пойду, у меня нож есть, идите за мной.

Димка схватил Машу за руку и повёл за собой, Саша встал за ними. Громкий бас Олега, вывел Макса из ступора и тот, крепко сжав руку Ани, встал за братом.

— Я пойду замыкающим, порежу его, если что, — сказал Олег и передал фонарь Диме, — Бегите наверх, я догоню.
Димка кивнул головой.

Ребята выбежали из комнаты, Первыми бежали Дима с Машей, за ними Сашка, Максим и Аня. Олег немного задержался возле железной двери и посветил своим маленьким фонариком в дверной проём. Звонкий душераздирающий крик испуганного подростка пронесся по длинному подземному коридору. Максим оглянулся – кромешная темнота. Исчез даже свет от маленького фонарика Олега. На глазах Макса навернулись слёзы.
Димка не сбавлял скорость, до заветной спасительной двери оставалось совсем чуть-чуть. Ещё немного и они будут на свободе.
Наконец луч фонаря упёрся в небольшую дверцу подвала и начал быстро расползаться по стене, освещая засохшие кровавые пятна на стенах, которые ребята не заметили, когда шли здесь без света. Дима ударил ногой по двери – заперто. Повторные попытки открыть её – не дали результата.
Подросток ловил на себе разочарованные взгляды ребят, он понимал, что они обречены, но всё равно отгонял эту мысль прочь, всеми силами.
Издевательски громкий смех начинал медленно приближаться. Ребята сели на землю и заплакали. Смех поднялся к ним и становился громче и громче. Димка набрался мужества и посветил в его сторону. Давящий гортанный смех зазвучал в унисон с леденящим душу предсмертным криком мальчика.

Витька подъехал к дому в десять утра. Ребят не было. Парень спустился в подвал, подёргал дверь, но та, оказалась заперта. Он постучал – тишина. Витя пожал плечами, постоял немного около дома, а затем, так и не дождавшись подростков — уехал.

Спустя долгое время поисков – безутешные родители потеряют надежду, а объявления о пропаже шестерых пятнадцатилетних подростков – сойдут со страниц газет.

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи Душехлёб отключены

Квартира

До недавнего времени я жил с родителями в частном доме недалеко от города. Они всегда отличались строгим нравом и сложным характером, поэтому гостей в нашем доме не было почти никогда. Единственным из моих друзей, с кем они смогли хотя бы немного поладить – был Лёха. Я знал его с первого класса и, наверное, только ему одному я мог довериться в трудной ситуации. В отличие от родителей, которым было проще выругать меня за мои ошибки, чем научить их не совершать, Лёха всегда готов прийти на помощь и помочь советом. Житейского опыта у него было куда больше, чем у меня. Рос он без отца, работал с четырнадцати лет и даже успевал гулять с девчонками. Я, понятное дело, завидовал ему, но не по-злому. Скорее, я был рад его успехам на всех жизненных фронтах. С одним ему не повезло – мать была алкоголичкой. Половину алиментов она пропивала, а на вторую покупала Лешке еду. Но всё-таки у него было то, чего не было у меня в детстве – свобода. Через год после его совершеннолетия её не стало, поэтому квартира досталась Лёхе.
Неделю назад он пришёл ко мне в гости под вечер. Родители поехали в театр, поэтому дом был в нашем распоряжении на ближайшие три часа. Ни о каких вечеринках мы даже не думали – знали чем может обернуться. Устраивать их в квартире Лёхи смысла не было. Несмотря на мой возраст – девятнадцать лет, отец был категорически против того, чтобы его сын ночевал где-то вне дома.

Поэтому идея моего друга – купить мне недорогую квартирку на окраине города, была воспринята мной очень положительно. На карманные деньги родители не скупились, а я умел экономить и большую часть откладывал «до лучших времён».
— Вряд ли я смогу купить приличную хату на это, — сказал я.
— Сможешь, — улыбнулся Лёха, — не только приличную, но и новую, в новостройках.
— Смешно, — мой голос звучал расстроено.
— Я серьёзно, — твёрдо сказал Лёха, — у меня всё уже придумано. У нас сосед недавно так же сделал, сейчас живёт и радуется. Твоих денег вполне хватит на квартирку в старой пятиэтажке на окраине. Её построили ещё в совке, строители плохо выстроили фундамент и вдоль стены образовалась трещина, а там и плесень и отопление полетело. Дом признали аварийным и готовят к сносу, а жильцов поселят в новостройках.
— Ты мне предлагаешь жить в гадюшнике, который в любой момент может рухнуть мне на голову? — недовольно спросил я.
— Хватит тебе, — отрезал Леша, — тебе там жить меньше месяца, не успеет рухнуть, а вот переселят – сто процентов. Бесплатно получаешь двушку в новостройках, как тебе мотивация?
Я сказал ему, что подумаю и дам своё решение завтра днём. Нужно было всё обговорить с родителями, да и морально подготовиться к покупке, в случае их согласия.

Разговор был долгий, я приводил тучу аргументов за покупку и несколько раз объяснял Лёхин план. Спустя приличный отрезок времени, мать всё-таки поддержала мою идею, а за ней и отец. Хотя, скорее он поддержал её, чтобы я наконец-то отвязался от них, но мне было всё равно, я был счастлив и на следующий день поехал к Лёше.

Он показал мне объявление о продаже, которое на днях нашёл в интернете. Просили чуть меньше той суммы, которую я накопил. Продавец оказался адекватным молодым парнем, чуть старше нас с Лёхой. Квартира досталась ему от бабки, которую он знать не знал, поэтому никаких тёплых чувств к жилью не испытывал и выставил его на продажу через день после вступления в наследство.
Квартира находилась на четвёртом этаже. Железная дверь выделялась на фоне ободранных и изрисованных стен, но за ней находилось не лучшее зрелище. Пахло так, будто здесь проводили свои лучшие годы все районные коты. Обои были отклеены в некоторых местах, вместо люстры в коридоре – была одна слабогорящая лампочка. Окно на кухне было треснуто в нижнем углу, благо, было лето, поэтому пережить здесь две недели – не означало гибель от обморожения. В большой комнате был выход на балкон, стоял старый телевизор и диван, на котором и почтила бабка. Его мы сразу собрали и накрыли простынёй. Мы не были особо суеверными, но не очень хотелось сидеть на том месте, на котором когда-то умер человек. Во второй комнате стояли шкаф, кровать и тумбочка.

— Ну, жить можно, — улыбнулся Лёха.
— Может быть я поживу у тебя? — спросил я, — ведь квартира числится за мной, а значит меня переселят в любом случае.
— Тут такое дело, — Лёша замялся, — я не один живу, помнишь Лизку с параллельного потока?

Всё стало ясно. Жить мне придётся здесь, по крайней мере — здесь есть все удобства, а от внешнего мира меня надёжно защищает железная дверь. Ехать ночевать к родителям – мне не позволяла совесть, да и не особо хотелось видеть выражение лица отца, который увидел беспомощность и неготовность своего сына к самостоятельной жизни.
Под вечер мы перевезли мои вещи от родителей и Лёха уехал домой. На ужин у меня была только вода из-под крана, поэтому я решил сходить в магазин. Пятиэтажка стояла немного отдалённо от остальных домов, из-за этого, путь до магазина отнимал приличное количество времени.
Когда я вернулся, на улице стемнело, зажглись фонари. Возле моего подъезда я заметил силуэт. Немного замявшись, всё-таки решил подойти.

— Ты кто такой? — спросил силуэт женским голосом.
— Я тут живу, — ответил я развернувшись от подъездной двери.
Силуэт затушил сигарету и приблизился ко мне. Это была женщина, невысокого роста, средних лет. Неплохо сохранившаяся для своего возраста, но с прокуренным голосом.
— Людмила, — она протянула руку.
— Сергей, — ответил я.
— Давно ты здесь, Сергей?
— Сегодня въехал, а вы?
— Всю жизнь. И никуда отсюда не уберусь. Чинуши считают, что нас можно легко отсюда вышвырнуть, обещают новые квартиры, а дадут койку в общежитии, в лучшем случае, — разговорилась Людмила, — но не тут-то было, я лучше здесь поживу, пусть мне эта трещина хоть поперёк квартиры пройдёт.
— Здесь много кто живёт? — поинтересовался я из вежливости.
— Нет, я, да Борис Анатольевич. Он раньше на флоте служил, ему эту квартиру за выслугу лет дали. Потом у него дочка с семьёй в аварии погибла, вот он один тут и остался. На пятом этаже живёт.
Мы поговорили ещё пару минут, пока из темноты двора не показался ещё один силуэт. Его осанка была ровная, а шаг твёрдым, но храмота на одну ногу и тяжёлое дыхание выдавали в нём старика.
— Знакомся, Серёженька, Борис Анатольевич, — Людмила кивнула в сторону силуэта.
Человек вышел на свет. Это был пожилой мужчина с седой головой и усами. Я протянул ему руку, но ответа не последовало. Его глаза выдавали тревогу, он явно был чем-то обеспокоен, но интересоваться я не стал.
— Двери ночью не открывай, — строго сказал старик.
— Двери? — переспросил я.
Старик не ответил и молча поспешил вверх по лестнице. Мы с Людмилой переглянулись. Ответов не было, поэтому спустя некоторое время мы разошлись по домам. Не знаю почему, но просьба с дверями меня немного озадачила. На ночь я закрыл железную дверь на все обороты, а также – дверь ведущую в мою комнату. Последнюю – на небольшой шпингалет.
Долго не мог заснуть, в голову лезли разные мысли, сказывалось новое место, да и старик не выходил из головы.
«Наверное, маразм» — подумал я и успокоился.

Ночью меня разбудил грохот из квартиры сверху. Как будто там двигали по полу что-то тяжёлое. Потом тяжёлые шаги, снова грохот и последней каплей стало что-то стеклянное, разбившиеся об пол. Я встал с кровати и постучал ремешком от часов по батарее, грохот прекратился. Остаток ночи прошёл спокойно.

На утро, перед институтом, я встретил около подъезда Людмилу и вежливо поинтересовался, что за квартира надо мной. Она улыбнувшись ответила: «Бориса Анатольевича квартирка».
«Точно, маразм, крайняя стадия, вещи двигает» — подумал я и улыбнувшись Людмиле пошёл на учёбу.

День прошёл как обычно, после пар я заглянул к Лёхе, познакомился с Лизой и провёл у него время до вечера. Домой возвращался поздно, под светом фонарей. Возле подъезда вновь стоял силуэт.
— Как день прошёл, Людмила? – я улыбнулся соседке.
Она не ответила, а лишь посмотрела на меня испуганным взглядом.
— Что-то случилось? — поинтересовался я.
— Серёж, я не знаю, — её голос дрожал, заикаясь от страха, она продолжила, — я только что вернулась с работы, стояла тут, курила, а потом вдруг перевожу взгляд на своё окно, а там свет включился, — она взглотнула слюну и выдохнула, — а потом раз, и выключился. Может там есть кто?
— Хватит вам, — улыбнулся я, — дому лет больше, чем нам с вами вместе, вот проводка и шалит. Хотите я зайду проверю?
— Если не трудно, Сереж, — немного успокоившись, сказала она и протянула мне ключи.
Как же я проклинал себя за это, но отступать было поздно. С собой у меня был газовый баллончик, что придавало мне немного уверенности.

Дверь в квартиру Людмилы была закрыта. Дрожащей рукой, я открыл дверь и быстро включил свет в коридоре. Никого. Я проверил кухню, затем зал и спальню – пусто. Снова спускаться вниз – желания не возникало, поэтому я принял решение крикнуть Людмиле в окно. Она радостная подняла голову и зашла в подъезд. Предлагала выпить чаю и посидеть у неё, но я вежливо отказался и побрёл к себе в квартиру.

Прошло около часа. Я сидел за ноутбуком и смотрел сериал. Окно было полностью раскрыто и я также слышал всё, что происходит на улице. Будь то голоса проходящих мимо алкашей или звуки проезжающих где-то далеко машин. Вдруг, я услышал крик. Женский крик. Я подскочил со своего места и выглянул в окно – никого. Снова крик, теперь я понял, кричат из нашего дома. В голове всё сошлось, меня затрясло, всё тело будто стало одним большим куском льда на мгновенье и снова тёплый звенящий ужас сковал его.
«Кричать могла только Людмила» — думал я, — «Но кто мог причинить ей вред? Муж? А есть ли он у неё вообще? Ей сорок и она одинока, может, бывший муж? А если она не открывала дверь, то где?..». Я замер на секунду. Мои глаза раскрылись так широко, что казалось бы, вот-вот выпадут наружу, дыхание замерло: «Я не проверял ванную» — мысль врезалась мне в корку мозга и оставила там свой след.
Ступор отпустил, я схватил телефон и спрятался за занавеской, чтобы видеть, кто выходит из подъезда и, если понадобится — опознать преступника в полиции. Диспетчер сообщил, что наряд уже выехал и скоро будет там.

Полицейский «Бобик» примчался за десять минут. За это время из подъезда никто не выходил.
В дом забежали три полицейских, а один остался ждать на улице. Я махнул ему рукой и назвал номер квартиры, чтобы они могли взять у меня показания. В дверь постучали, это были два оперативника. Они записали всё, что я им рассказал, а потом пригасили в квартиру. Тело Людмилы лежало в ванной. Кровавый след тянулся от ванной до окна на кухне, наверное, она хотела позвать на помощь или спастись бегством. Причину смерти на месте не установили, ни одной раны, кровь просто лилась у неё изо рта, а ногти на руках были сломаны, словно она с кем-то дралась перед смертью. По словам полицейских – дверь пришлось вскрывать, а это значит, что у преступника был доступ к квартире Людмилы. Предположение следователя – убийца покинул здание через чердак и вышел в другую дверь, которая ведёт в сторону леса и находится с противоположной, моему окну, стороны дома.
Ночевать одному было невыносимо и тяжело. Я позвонил Лёхе и предложил ему приехать ко мне. Лёха с неохотой, но прибыл. Лиза сегодня ночевала у себя дома, поэтому его ничего не держало.
К слову говоря, про деда-маразматика сверху я не стал рассказывать полиции.
«Какой смысл, они начнут его допрашивать, а он перед ними тумбочку двигать будет» — думал я.

Ночь прошла так же, как и всегда. Спать мы легли поздно. Около четырёх часов – я услышал знакомый грохот и тихий-тихий голос, а потом снова удар чего-то стеклянного об стену и громкие шаги, будто старик начал прыгать на месте. Через пять минут всё затихло и я уснул.

Утром Лёха поделился впечатлениями после ночёвки.
— Мало того, что спать ты меня положил на полу, я из-за этого пол ночи уснуть не мог, — сказал он, — так ещё и какой-то идиот меня из сна вырывает, прыжками полуночными.
— Ты тоже слышал? — улыбнулся я, — это мой сосед сверху, дед-маразматик.
— Сосед сверху? То есть у тебя тут живёт дед-псих, а ты посреди ночи заставляешь меня ехать к тебе и подниматься по тёмной лестнице? А вдруг это он бабу убил?
Я вздрогнул. В голову начали лезть мысли о том, как он спускается к ней, открывает дверь, прячется в ванной и ждёт, пока беззащитная женщина останется дома одна и решит принять душ, после тяжёлого рабочего дня.
— Хватит тебе, — сказал я, — он дышит еле-еле, а уж на убийство и подавно не способен.

День пролетел быстро, было всего две пары, поэтому домой я вернулся рано. В квартиру к Людмиле приходил её брат, я встретил его на площадке и расспросил по поводу семьи Люды. Он рассказал, что семьи у нее нет и не было никогда – не повезло в жизни. А сам он живёт в другом городе и приехал сюда только на похороны сестры.
Остаток дня я провёл дома, смотрел сериал, спать лёг рано, настроение было плохое.

Ночью меня снова разбудил шум сверху. На этот раз прыгали чаще и сильнее, словно пытаясь пробить ногами пол. Кое-как мне удалось уснуть.
Встал я очень рано, слова Лёхи не выходили у меня из головы.
«Неужели дед правда способен на нечто подобное?»
Всё-таки я решился позвонить в полицию. Наряд приехал спустя час. Они отчитали меня за то, что я сразу не рассказал о всех жильцах дома, даже пугали условкой. Когда я рассказал про деда и мои подозрения, следователь принял решение сразу допросить старика. Мне сказали одти с ними, как понятому.

Стучали в дверь долго, Борис не открывал. Тогда следователь решил выломать дверь, благо та была деревянной. За дверью была ухоженная квартира, на стене висели портреты Бориса Анатольевича и его семьи. Но самого деда нигде не было. Дверь в спальню была закрыта. Следователь постучал – тишина. Тогда он приказал оперативнику выломать и эту дверь. Последняя преграда слетела с петель и мы зашли в комнату.
Бледное лысое и худое тело Бориса Анатольевича сидело в кресле перед огромным зеркалом, вокруг лежали его седые волосы, которые вырвали у него из головы и осколки чего-то стеклянного, измазанные кровью. Глаза старика были открыты и смотрели на отражение двери в зеркале. Он смотрел прямо на нас.
Следователь вызвал скорую и старика увезли. Я остался дома, не пошёл в университет. Позвонил Лёхе, но тот не брал трубку. Стало одиноко и жутко.
На ночь я закрыл все двери и окна, лёг спать с включённой лампой и кое-как заснул.

Рассветало, я открыл глаза, смотрел в потолок и думал. Вдруг грохот сверху, прыжки и быстрый бег по квартире.
«Теперь по утрам пробежкой занимается» — подумал я.
Осознание ситуации пришло через пару секунд. Я вскочил с кровати и набрал номер полиции. Время тянулось долго, шум утих и я услышал, как к подъезду примчалась полицейская машина.
Квартиру обыскали – никого. Я собрал ноутбук, деньги и паспорт. Полицейский согласился побыть со мной до моего отъезда, поэтому одевался я очень быстро. От всего ужаса – я даже забыл, куда кинул мобильник, поэтому пришлось набирать на него с домашнего телефона, которым я никогда до этого момента не пользовался. По дороге у Лехе, следователь рассказал мне результаты вскрытия деда – оказывается, он был мёртв уже три дня, как минимум. Значит, убили его в тот день, когда он сказал нам про двери.
Уехал к Лёхе. Просидел у него до вечера, пока тот был в институте. По его приходу домой, мы решили – взять с собой троих наших друзей и забрать мои оставшиеся на квартире вещи.

Фонари начали зажигать, когда мы подходили к дому, это была плохая идея – идти вечером. На подходе к дому – я перевёл взгляд на свои окна. Свет. Включился на мгновенье и потух. Я чуть в обморок не упал. Как вернулись домой – не помню, помню только то, что кричал всем уходить назад от этого дома.
Теперь живу у Лёши, жду сноса дома. А недавно обнаружил у себя пропущенный вызов, с домашнего телефона своей квартирки. Симку выбросил, вместе с мобильником. Не мои это больше проблемы.

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи Квартира отключены

Голод

После войны, в коммунальной квартире,
Трое сидело живых,
Папа, две дочки, семь лет и четыре,
Других не осталось родных.

Последний кусочек, чёрного хлеба,
Отдал своим детям отец,
Он понимал, что не будет обеда,
И скоро придёт им конец.

Отвел отец старшую дочь свою в сторону,
И тихо на ухо шепнул,
Пройдись, моя милая, дальше по городу,
И двери пред ней распахнул.

Иди ты вдоль улицы до переулка,
Найди там ступеньки в подвал,
В подвале стоит золотая шкатулка,
А в ней кусок хлеба лежал.

Девчушка обняв своего старика,
Спустилась по лестнице вниз,
Вышла на улицу, вздрогнув слегка,
Увидела жуткий эскиз.

Нет ни души человека живого,
Нету ни птиц, ни зверей,
Последнюю кошку ради дела благого,
Забил отец грудой камней.

Шагала малышка до переулка,
Нашла там ступеньки в подвал,
Спустилась, а там – золотая шкатулка,
Всё так, как отец завещал.

Дрожащей рукою, открыла ларец,
С надеждою хлеб унести,
Увидела девочка, что отставил отец,
Листок со словами: «Прости».

Холодное лезвие в тело вошло,
Подкосились той девочки ноги,
Кровь тёплая брызнула ей на лицо,
Готовы принять её боги.

Отец воротился к обеду домой,
На кухню входить запретил,
С ножа вытер кровь и довольный собой,
Мясом младшую дочь накормил.

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , , , , | Комментарии к записи Голод отключены

Простые правила

— Село Старое Милютино, улица Советская, дом двадцать четыре, их там немного, жилых меньше десятка осталось, найдёшь, — Антон протянул документы Виктору, — Главное – землю на поле выкупить, а дом, скорее, как приманка будет, давно дед оттуда уехать хотел, да всё покупателей найти не мог.
— Хорошо, — сказал Виктор и взял бумаги, — Как туда добраться?
— Машину с водителем от компании я тебе выделить не смогу, права получать надо было, — нахмурился Антон, — На автобусе за полтора часа доберёшься.
— Ладно, — вздохнул Виктор, — Могу идти?
Антон кивнул. Парень вышел из кабинета и отправился домой. Он работал в небольшой агрономической компании, часто заключал договора о покупке или продаже земли, но в командировку за город его отправили в первый раз.
Какой-то дед из села решил перебраться в город и продать свой деревенский домик, только покупателей из адекватных людей не было. Тогда он обратился в компанию, где работал Виктор. Дома их не интересовали, но у деда было ещё кое-что – большой участок земли на поле и два огорода неподалёку. Это и было главной целью Виктора.

Утром парень встал в хорошем настроении. Свежий воздух никогда не повредит, а самое главное – за удачную сделку на три участка земли и целый дом, полагалась хорошая премия и, возможно, повышение по должности. Виктор собрался, взял с собой все документы, планшет, небольшую сумму денег на всякий случай и бутерброды, так как не было известно, сколько точно времени он проведёт в селе. Спустя час Витя уже стоял на автовокзале, деревня Старое Милютино была последней в маршруте и путь до неё составлял примерно полтора-два часа. Парень занял место в конце салона, включил музыку в наушниках и примерно на середине пути задремал.

Разбудил его громкий хриплый голос водителя:
— Вставай, приехали.
Молодой человек открыл глаза и огляделся. В салоне он был совсем один, не считая водителя.
— Милютино? — сонным голосом спросил Виктор, собираясь выйти из автобуса.
— Семёновка, — ответил водитель.
— Как Семёновка? — Витя моментально пришёл в себя, — Я проспал свою остановку?
Водитель повернулся корпусом к Виктору.
— Тебе в Милютино надо было?
— Да, — расстроено ответил парень.
— Какая нелёгкая тебя туда понесла? — удивлённо спросил водитель.
— По работе, землю покупаю.
— Не доехали мы ещё. До неё десять километров осталось.
— А чего же вы меня разбудили? — с облегчением выдохнул Витя.
— Дело такое, — водитель сделал паузу, — Не ездят туда, плохое место, Милютино это.
— Колдунья в лес утащит? — улыбнулся парень и плюхнулся на сидение.
— Ты пойми меня правильно, — водитель говорил серьёзно, с небольшим волнением в голосе, — Оттуда никто не ездит на автобусе, людей мало осталось, слухи ходят разные. Раньше село огромное было, а потом раз, и все оттуда уехали, дома бросили. Осталось два с половиной человека.
— Чего это они, все оттуда сбежали? — скептично спросил Витя.
— Кто что говорит, — водитель завёл мотор и тронулся с места, — Один мужик на ферме в Семёновке языком чесал, что живёт в Милютино и каждый вечер они там по хатам сидят, на улицу не выходят. Говорят, что если выйдет человек – то не вернётся или вернётся, но другим каким-то.
— Интересно, расспрошу деда об их образе жизни, — улыбнулся Виктор, — Вы сможете вечером меня оттуда забрать?
— Вечером, это во сколько? У меня рейс от Семёновки в полвосьмого, могу и за тобой заскочить, но не позже.
— Хорошо, я думаю, что к этому времени уже всё будет сделано.
Автобус притормозил у поворота, дорога была просёлочной и вела через лес.
— Дальше сам, иди прямо по дороге, там справа кладбище будет – не пугайся. Днём тебя никто не тронет, нечисть ночью просыпается.
— У меня осиновый кол с собой, поэтому можете быть спокойны, — подмигнул водителю Виктор, но тот не улыбнулся, а лишь покачал головой.
Парень вышел из автобуса, тот мгновенно закрыл двери и поспешил убраться отсюда.

Витя огляделся и пошёл по дороге вглубь леса. Погода была обычной для осени: Моросил небольшой дождик, дул ветер, деревья скрипели под своим весом, а птицы напевали что-то на своём языке. Виктор шёл быстрым шагом, стараясь не думать всерьёз о словах водителя, по жизни он был скептиком, но полностью существование всякой потусторонней силы не отрицал. Парень посмотрел направо. Сквозь пожелтевшие листья деревьев виднелись могильные кресты и памятники, потрёпанные временем.
«Вряд ли кто-то будет за ними ухаживать, все поразъехались» — подумал он.
И вот вдали показались крыши домов. Виктор свернул с дороги на улицу. Та представляла собой небольшой жилой сектор, в котором стояло семь домов. Первые два, стоявшие друг напротив друга, рядом с началом улицы – были с разбитыми крышами и заросли травой. Остальные стояли более-менее ухоженными. Рядом с одним из домов, столпилась кучка людей. Виктор подошёл и поздоровался с одним. Это был пожилой мужчина, крепкого телосложения, который стоял немного поодаль от остальной компании.
— Здравствуйте, я из агрономической конторы, — парень протянул руку, — могу я найти Альберта Валерьевича?
— Нету больше Альберта Валерьевича, — сказал мужчина и пожал Вите руку, — Только что схоронили.
— Как же, — расстроился парень, — У меня дело к нему, по поводу продажи участка.
— На этой неделе должен приехать его сын, обратись к нему.
— Это хорошо, конечно, но я ограничен одним днём, — вздохнул Виктор, — А отелей у вас не наблюдается?
— Покажи удостоверение, — сказал мужик.
Виктор достал документ и продемонстрировал их мужчине.
— Я — Виктор Князев, представитель конторы.
— Приятно, я — Глеб Иванович, — кивнул мужик, — У меня есть ключ от дома Альберта Валерьевича, поживи там, пока его сын не приедет.
— Неудобно как-то, — замялся парень.
— Дедушка отъехал на огороде, так что не переживай, — Глеб похлопал Витю по плечу.
— Спасибо за предложение, я ещё подумаю.
Виктор отошёл в сторону и попытался набрать номер Антона – своего начальника, но связи не было. Всё обдумав и взвесив все «за» и «против», парень принял решение остаться на ночь и дождаться приезда сына Альберта.
— Всё что нужно для жизни – здесь есть, — сказал Глеб, — Вода, электричество, газ, даже телевизор ловит.
— Спасибо, — улыбнулся Виктор, — Скажите, а много тут людей проживает?
— Не очень, смотри, — мужчина показал пальцем на двух престарелых женщин, — Сёстры Орловы – Анфиса и Ольга, живут рядом со мной, а вон там, — Глеб кивнул в сторону молодой семьи, которая шла в сторону леса, — Олег с Мариной и дочка — Любочка, живут напротив.
— А где вы живёте?
— Кирпичный дом, около леса, — Глеб указал на красивое строение, на окраине улицы, — А это Колька и Анька, — мужчина посмотрел на пожилую пару, улыбнулся и помахал им рукой, те помахали в ответ, — Живут рядом с сёстрами, противные, но дружелюбные, вот как бывает.
— Довольно мило тут всё, а меня водитель пугал, — ухмыльнулся Виктор.
— Мило, действительно. Только небезосновательно он тебя пугал, — тихо сказал Глеб.
Виктор вопросительно посмотрел на мужчину.
— Значит, правда, тут плохое место?
— Плохое – неплохое, это неважно, — Глеб тяжело выдохнул и продолжил, — Запомни простые правила. Восемь часов – время уходить с улицы. Закрой калитку, закрой двери в дом на все замки, плотно закрой шторы. До одиннадцати вечера – ты в безопасности. За десять-пятнадцать минут до этого времени, выключи телевизор, радио или другую электронику, подготовь место для сна и выключай свет. После одиннадцати ты должен лежать в постели, в темноте, ничего не бойся, спи спокойно и жди утра. Если ходишь во сне, привяжи руку к кровати или мокрую тряпку рядом постели – не дай тебе Бог выйти из дому ночью.
— А что будет? — дрожащим голосом спросил Виктор.
— Точно – не скажу, сам не знаю. Могу сказать только то, что был у нас здесь паренёк, Серёгой звали. Вышел ночью в туалет, а утром мы его там и нашли. Глаза были вырваны, а шея настолько изуродована, что голова оторвалась, когда мы его поднимали.
Холодный пот выступил на лбу Вити, мурашки пробежали по спине.
«Даже если Глеб и врёт, то делает это очень убедительно» — подумал он.
— Я, наверное, лучше поеду, в городе найду сына Альберта.
— Дело твоё, но бояться тут нечего, если из дома не выходить. Ты не подумай – я тебя не пугаю, а предупреждаю. Всё-таки это я предложил тебе остаться здесь, а если бы с тобой что-нибудь случилось – то моя совесть мне покоя не даст.

Виктор перекусил бутербродами и пошёл в сторону остановки. На часах была половина седьмого. Парень вглядывался вдаль дороги, в надежде увидеть автобус – безрезультатно.
Спустя ещё пятнадцать минут – терпение Вити лопнуло и он побежал обратно в деревню. Путь занял у него чуть больше пяти минут, парень нашёл дома Глеба и сильно, несколько раз, постучал ему в дверь. Мужчина открыл дверь, улыбнулся и дал Вите ключи. Дверь захлопнулась быстро, Виктор даже не успел ничего сказать. Он надеялся, что Глеб предложит ему переночевать с ним, в красивом кирпичном доме. Стучать второй раз – было как-то неловко и, парень поспешил в бывший дом Альберта Валерьевича. Сразу же, по приходу, Витя включил во всём доме свет, проверил каждый уголок на наличие монстров и, окончательно убедившись, что дом чист – закрыл двери. Вечер тянулся долго, телевизор не отвлекал от мрачных мыслей, которых в голове у парня – было предостаточно.

Часы пробили одиннадцать вечера. Виктор лежал в кровати, в кромешной тьме. Было очень тихо, лишь песня «Свечка на улице» разряжала эту гнетущую обстановку.
Осознание пришло не сразу, Виктор лежал долго и вслушивался в песню, пока до него не дошла вся суть ситуации.
«Если я слышу свечка на улице – значит, я не закрыл окно» — пробежала мысль в голове.
Холодок пробежал с затылка, а затем перепрыгнул на спину к парню, пальцы рук задрожали. Витя привстал с кровати, робко поставил ноги на пол и, аккуратно крадясь, подошёл к окну. Резким движением он закрыл его и повернул ручку. Теперь он в безопасности, парень выдохнул с облегчением и гордо пошёл к кровати. Стук в окно. Тихий, робкий, а затем уверенный и озлобленный. Виктор замер посреди тёмной комнаты, медленно повернул голову в сторону окна, пытаясь хоть что-то разглядеть в непроглядном мраке. По стеклу провели чем-то острым. Парень понял это по характерному звуку. Холод сковал молодого человека, он попятился к кровати и неслышно забрался под одеяло. Обречённость, безысходность перед лицом непонятного существа за окном – Виктор чувствовал себя маленьким мальчиком, который испугался выдуманного чудовища и забрался под одеяло, предполагая, что оно его защитит. Только это существо было не выдуманным. Оно стояло там, парень это знал. Стуки по стеклу не прекращались. Под одеялом было жарко и холодно одновременно, по щекам текли слёзы, а колени предательски дрожали.
«Нужно было пешком идти в соседнюю деревню, нужно было уезжать сразу, почему я остался» — крутились мысли в голове парня.
Внезапно, стуки прекратились. Виктор вытащил голову из-под одеяла и, не открывая глаз – уснул.

Проснулся рано, но на улице уже рассвело. Не теряя ни минуты, парень оделся, поел и побежал к дому Глеба. То, что она там увидел – навсегда врезалось ему в память. Окровавленная голова Глеба высовывалась из разбитого окна. Глаз не было, вместо них зияли две тёмные впадины. Шея была разорвана и насажена на большой осколок, бывший некогда нижней частью окна.
Виктора затошнило, он отвернулся и поспешил в дом напротив, к молодой семье – рассказать, что случилось.
Дверь открыл Олег – отец семейства. Он впустил парня в дом, напоил чаем и выслушал. Сказал, что вызовет полицию, когда доберётся до работы. Работал он на ферме в Семёновке, ездил туда каждое утро с коллегой, который забирал его на повороте.
Олег вышел из дома.
«Наверное пошёл посмотреть на Глеба» — подумал Виктор.
Из спальни вышла Марина, которая только что проснулась. Витя сел за стол и рассказал ей о случившимся.
— Оно знает, что ты его боишься и, скорее всего, оно тебя учуяло, но вот что непонятно, почему оно пошло к Глебу? — спросила она.
— Откуда я знаю, может, он как и я, забыл закрыть окно?
— Глеб не мог забыть, он сам нас учил бороться с этим.
— Ты знаешь, что «это»?
— Нет, но Олег рассказывал, что видел, как ночью оно разбило лампочку на столбе.
— И что рассказывал? — Виктор опёрся подбородком на кулак и наклонился в сторону Марины.
— Высокое, говорит, ноги и руки тонкие, а туловище горбатое, головы не видел, да и неизвестно, есть ли она вообще.
Виктор поморщился.
— А куда Олег пропал? — парень оглянулся по сторонам.
— На работу поехал, в Семёновку, — ответила Марина.
— Господи, — Виктор с отчаянием посмотрел в сторону выхода, — Я же мог уехать с ним!
— Завтра поедешь. Если хочешь, я с ним поговорю.
Виктор поблагодарил Марину за завтрак и беседу, а сам пошёл обратно в дом. На окне в комнате, где он спал – были царапины, довольно глубокие. Один, даже слабый, удар по стеклу – мог бы его разбить.
День прошёл быстро, Витя прогулялся по огороду, поговорил с сёстрами Орловыми, а вечером решил зайти к Марине.
С ней он просидел приличное количество времени и не заметил, как часы пробили девять вечера.
— Где же Олег? — Марина нервничала, — Точно, у Борьки день Рождения, он пьяный приедет, ой, а как же он домой-то пойдёт?
— Не переживай, может они его к дому подвезут? — пытался успокоить девушку Витя.
Прошло около двух часов, к дому подъехала машина и из неё, качаясь от выпитого алкоголя, вышел Олег. Он стоял, засунув голову в окошко, и о чём-то говорил с водителем.
— Да зайди же ты домой, ирод! — плакала Марина.
— Олег! — Виктор крикнул в форточку, — Заходи домой!
Машина уехала, Олег медленно поплёлся к дому и вдруг нечто быстрое и высокое пробежало за ним. Он оглянулся, попятился, а затем ускорил шаг. Марина плакала, а Витя стоял у двери и ждал момента, когда он подойдёт, чтобы быстро впустить его в дом.
Олег был около калитки, когда тварь подбежала к нему. Он закричал и рванул к дому. Тварь схватила его длинной тонкой рукой за шею и поднесла к своему лицу. Свет в доме горел и Виктор смог рассмотреть её лицо. Глаза не выделялись на фоне лица. Они были такими же, как и её кожа. Единственное, что выдавало глаза – маленькие чёрные точки. Носа не было. Рот был огромным, когда он впивался зубами в шею Олега, было видно, что у него четыре огромных клыка, а остальные зубы – тонкие и острые, как швейные иголки.
Витя быстро проверил, закрыты ли двери в доме и выключил свет.
Ночью никто не спал. У Люды – дочки Марины, поднялась температура. Малышка плакала и не могла уснуть. Лекарств не было, обычно, за помощью обращались к сёстрам Орловым, но путь к ним был перекрыт тварью. Марина тоже плакала. Виктор несколько раз прислушивался через узкую щель форточки. Тварь стояла прямо перед дверью дома и ждала. Благо, на окнах дома, предусмотрительно были установлены решётки.
Плачь Люды прекратился, Виктор выдохнул и почти сразу же нервно задрожал, Марина закричала – Люды не стало. Ночь тянулась долго, никто не спал, на утро стало ясно, что Люда захлебнулась собственной кровью, что-то лопнуло внутри и вызвало кровотечение в пищеводе.
Марина уснула под утро, а Витя вернулся к себе домой, чтобы собрать оставшиеся вещи и наконец покинуть это место.

К повороту подъехала машина, чтобы, как обычно, забрать Олега. Только встретили её местные жители, которые наконец решили убраться отсюда. В два рейса водитель перевёз всех в Семёновку, где Виктор сел на обычный автобус и уехал обратно в город.
Начальство было недовольно таким результатом, поэтому Виктору всё же пришлось ещё раз съездить в Милютино, только теперь – вместе с сыном Альберта – Дмитрием и ещё парой человек. На служебном автомобиле они преодолели путь в два раза быстрее, поэтому не задерживались. Земля была продана и Виктор наконец получил свою премию. А спустя пару дней, Витя нашёл в интернете новость о том, что в деревне Семёновка были найдены два трупа с изуродованной шеей. Он вздрогнул.
«Оно закончило с одним селом и принялось за другое» — пробежала мысль у парня.

Рубрика: Необъяснимое | Метки: , | Комментарии к записи Простые правила отключены